Без названия

dinasovkova — 08.01.2025

Ребус-шарада художника Мстислава Добужинского оказался не простым, а двухуровневым.

Он был опубликован в знаменитом сборнике для детей «Ёлка» (составители Александр Бенуа и Корней Чуковский), который вышел в 1918 году в издательстве «Парус», руководимом Горьким и Бенуа:

Разгадать зашифрованное по картинкам довольно легко (к тому же ответ имеется в самом сборнике):

Но есть подвох: на третьей картинке ребуса не абстрактные лица, а шаржи на деятелей культуры того времени. Вот тут есть над чем голову поломать!

Сходу я признала Горького и Чуковского (в самом центре первого ряда носами друг к другу) и Бальмонта с Алексеем Толстым (они тоже лицом друг к другу в пятом ряду), предположила, что последним художник изобразил самого себя, в усаче в девятом ряду заподозрила было Гиляровского...

Очень непростое это дело — узнать все сто лиц. К тому же ребус с шаржами так до конца и не решён. Основные результаты изысканий собраны в статье «Сто рож серебряного века» (см. ниже).

Из статьи Александра Лейзеровича «Сто рож серебряного века»
Семь искусств, №3 (28) / март 2012 г.

«...Но, пожалуй, самым необычным вкладом в изобразительную часть издания был ребус-шарада Мстислава Добужинского. На странице 55 книги была дана его разгадка: «Ноч(ь)-Ной Сто-рож» с рисунком сердитого дядьки в тулупе, валенках, рукавицах, обмотанного шарфом, с фонарём, палкой и ключом на кушаке.. Третьей частью шарады явился групповой шарж на сто деятелей современной русской культуры — «сто рож» Серебряного века. При этом совершенно непонятно, зачем этот шарж понадобился в «книжке для маленьких детей». Правда, рассказывая о редактировании сборника Горьким, Корней Иванович Чуковский вспоминал, «как весело <�тот> смеялся, когда художник Добужинский, который должен был нарисовать для ребуса сотню карикатурных человеческих лиц, нарисовал карикатуры на разных тогдашних общественных деятелей — и раньше всего на самого Горького. Хотя этот юмор был, так сказать, домашнего свойства и не предназначался для малолетних читателей, Горький любил культивировать его в нашей работе, дабы создать атмосферу веселья, которая, по мнению Алексея Максимовича, была нужна для творцов детской книги».

При знакомстве с шаржем немедленно возникает настойчивое желание попытаться расшифровать его, идентифицировать изображенные персонажи. С первого взгляда узнаются Горький, Чуковский, Станиславский, Алексей Н. Толстой. С другими – хуже, мы не знаем их в лицо или, по крайней мере, плохо представляем себе, как они воспринимались современниками, какие особые приметы, какое выражение лица акцентировались, распознавались в первую очередь. Оказывается, что восприятие шаржа, карикатуры требует знания сложившегося стереотипа, имиджа объекта. Вполне возможно, что американцы могли бы и не узнать Трумэна или Даллеса на карикатурах Кукрыниксов или Ефимова, которые советским людям были абсолютно понятны. Точно также и мы сегодня не всегда оказываемся способны распознать на страницах современных американских газет шаржи на Обаму или Буша, поскольку наше впечатление о них не всегда совпадает с представлением коренных американцев, да и привычные нам и им стереотипы шаржа, карикатуры, комикса оказываются существенно различны. То же, кстати, во многом относится и к литературной пародии – она отражает не только реальные индивидуальные черты пародируемого произведения, но и его восприятие читателями.

На шарже Добужинского во втором ряду снизу, вторым справа от середины (или, лучше, — седьмым слева в девятом ряду сверху, то есть – 87-м), по-видимому, изображён литературный и театральный критик, беллетрист Александр Алексеевич Измайлов. В 1910 году он выпустил сборник пародий на современных ему русских поэтов, назвав его «Кривое зеркало», — «лучшее, что, может быть, он написал за свою жизнь», как пишет в книге «В школе остроумия» Николай Николаевич Евреинов – он тоже изображён на групповом шарже Добужинского — 35-м (пятым слева в четвёртом ряду сверху, затылком к Станиславскому).

<...> Вспоминая о работе над книгой «Радуга», впоследствии переименованной в «Ёлку», Чуковский писал о шарже Добужинского: «Портрет Горького — пятый в самом верхнем ряду. Тут же даны шаржи на Станиславского, Алексея Толстого, Игоря Грабаря, Федора Сологуба, Билибина, на меня и многих других» (К. Чуковский «Об одной забытой детской книге» — Детская литература, 1940, № 1/2, стр. 60).

Укажем тех, кого удаётся идентифицировать с достаточной уверенностью. Левый крайний в верхнем ряду (№ 1) – издатель Зиновий Гржебин; № 5, как уже было сказано, — Максим Горький; № 6 – Корней Чуковский; № 10 – художник Александр Бенуа. Номер 13 (третий слева во втором ряду) – похоже на писателя Дмитрия Мережковского; тогда можно было бы ожидать, что № 12 (затылком к нему) – его жена, поэтесса Зинаида Гиппиус, но это изображение как-то плохо вяжется с нашими привычными представлениями о её внешности и манерах, основанными на льстивых в большинстве своём портретах и фотографиях… А может быть, именно этот шарж, на самом-то деле, ближе к истине? Номер 14 – по-видимому, поэт Андрей Белый (Борис Бугаев), хотя для нас более привычны его ранние фотографии начала века – молодого, худого, с усами и вдохновенными кудрями на голове, или более поздние изображения – 1930-х годов с совершенно иным – трагически-рассеянным — выражением лица. В третьем ряду: № 26 – Фёдор Шаляпин, при том что вряд ли кто из сегодняшних почитателей его таланта представляет его себе в таком виде. За ним, № 27, — художник и искусствовед Игорь Грабарь, и далее (№ 28) – писательница и фельетонистка Тэффи (Надежда Лохвицкая, по мужу – Бучинская). Номер 31 – писатель Алексей Ремизов; № 35 – вышеупоминавшийся режиссёр, театральный деятель Николай Евреинов и рядом с ним (№ 36) – Константин Станиславский. Номер 45 – очень похоже на литературного критика, историка культуры Акима Волынского (Хаима Флексера). Под номерами 48 и 49, нос к носу, — поэт Константин Бальмонт и писатель граф Алексей Н. Толстой. Через ряд, № 67 – издатель журнала «Сатирикон» (впоследствии – «Новый Сатирикон»), писатель-сатирик и юморист Аркадий Аверченко. Номер 71 – не совсем понятно, каким образом затесавшийся в эту компанию, министр юстиции и Председатель Временного правительства, а до революции – известный адвокат Александр Керенский. Других политических деятелей среди персонажей Добужинского, вроде бы, не наблюдается, а жаль. Рядом с Керенским (№ 72) – детская поэтесса Поликсена Соловьёва, печатавшаяся под псевдонимом Allegro. В следующем ряду, № 86 – художница Анна Остроумова-Лебедева, а за ней (№ 87) – критик и пародист Александр Измайлов, хотя не исключено, что это драматург Александр Амфитеатров. В последнем ряду: № 92 – поэт Саша Чёрный, № 93 – юморист Аркадий Бухов и, сразу за ним, № 94 – поэт Николай Гумилёв; № 98 – пародист Евгений Венский, и самым последним (№ 100), немного наискосок, как подпись, — автошарж художника Мстислава Добужинского. Кстати, очень похожие автошарж и шарж на Игоря Грабаря были сделаны Добужинским в 1909 году и удостоверены подписями «Это я (Грабарь). Это я (Добужинский)» и ниже «И.Гр. М.До.» (РГАЛИ, фонд 1900, ед. хр. 134).

В статье «Об одной забытой детской книге» в качестве персонажей шаржа Добужинского, кроме Горького, Станиславского, Толстого, Грабаря, Сологуба и самого себя, Чуковский упоминает также Гржебина, Бальмонта, Евреинова, Шаляпина, самого Добужинского, но ещё — актрису МХТ и жену Станиславского Марию Лилину, театрального режиссёра Всеволода Мейерхольда, художников Ивана Билибина и Константина Сомова. Билибин, возможно, изображён Добужинским под номером 19, а рядом с ним (№ 20) – единственный, кто хоть отдалённо напоминает характерную внешность Мейерхольда, хотя на всех более поздних шаржах советского времени он обычно изображался в профиль. Ни Лилину, ни Сомова идентифицировать пока не удалось.

С просьбой о помощи в расшифровке шаржа Добужинского я обратился через знакомых, по интернету, в московский Литературный музей, полагая, что уж его сотрудникам, как говорится, «все карты в руки». В полученном мной ответе, составленном, судя по лексике и стилистике, по-видимому, каким-то студентом-практикантом со слов работника музея, от имени которого ответ был послан, в основном подтверждалась предложенная мной идентификация (при этом, правда, нумерация в ряде случаев была безбожно перепутана), но также сделан и ряд дополнений. Так, первый в третьем ряду (№ 21) – поэт Вячеслав Иванов; № 52 – поэт Валерий Брюсов (я поначалу предполагал, что портрет Брюсова дан под номером 19); последний в следующем ряду (№ 70) – писатель Александр Серафимович, будущий классик соцреализма («Железный поток»), единственным домом на улице имени которого в Москве станет знаменитый «Дом на набережной». Профили № 39 и № 56 атрибутированы как принадлежащие поэтам Михаилу Кузьмину и Владиславу Ходасевичу, хотя, на мой взгляд, здесь они уж слишком непохожи на свои известные изображения того времени. Вместе с тем, некоторые из высказанных предположений мне кажутся совершенно неприемлемыми. Так, № 35 предлагается рассматривать как изображение Александра Блока, а № 84 – Василия Немировича-Данченко, известного журналиста, брата со-основателя Художественного театра, хотя известно, что тот, как и брат, носил окладистую бороду, а не унтер-офицерские усы. Сомнительным мне кажется и идентификация Александра Бенуа под № 73, тогда как № 10, предполагается, изображает поэта Фёдора Сологуба.

С вопросами, относящимися к истории издания книги «Ёлка» и размещения в нём шаржа Добужинского, я обратился также по интернету в фонд друзей семьи Чуковских. Спустя некоторое время я получил очень милый и доброжелательный ответ с подробными ссылками на вышепроцитированную статью Чуковского «Об одной забытой детской книге» и воспоминания Корнея Ивановича, а также со следующим извинением: «Простите, что долго не отвечали на Ваше письмо. Наше молчание объясняется просто, не будучи в силах самостоятельно ответить на Ваш второй вопрос об отдельных героях шаржа, мы обратились за помощью к некоторым знакомым нам литературоведам, специалистам по Серебряному веку. К сожалению, наши беседы не принесли желаемого результата. Знать литературу эпохи не то же самое, что знать эпоху в лицо, поэтому с узнаванием персонажей мы Вам вряд ли поможем, разве только советом обратиться к архиву Добужинского, если у Вас есть такая возможность. Однако даже публикаторы воспоминаний Добужинского в «Литературных памятниках», которые, как известно, очень хорошо, научно прокомментированы, не подписали имён моделей шаржа».

В архиве Добужинского дополнительных разъяснений найти не удалось. В заключение остаётся только повторить мудрое замечание моей корреспондентки: «Знать литературу эпохи не то же самое, что знать эпоху в лицо». Это очень верно».

источник

Оставить комментарий

Популярные посты:

tescin

Будущее GEO-продвижения: как AI и генеративный поиск меняют локальный маркетинг

peremogi

Путь в McDonald's завёл в тюрьму: Россиянки случайно заехали на охраняемую

sladkowa

Шокирующее видео: "Отец года" спустил сына с 7-ого этажа на веревке...

viva_vova

Китайская школа: творчество и труд, а не "дрессировка"

staryiy

Муж пришел домой и выяснил, что жена прихватила все деньги и ушла

matveychev_oleg

Рождаемость в Штатах США по итогам 2025: от 1.07 до 2.05, чёткий паттерн связи

mmekourdukova

Корова Сартра, или Мои прекрасные святые

a_nalgin

О секундах до катастрофы Как выживать на грани π-ца?

salmaksoff

хорошая ли это новость?

• Ранее
• Архив