
Без названия

В деревне я совсем не могу отдыхать. Там всегда так много работы, что я работаю, потом выпиваю за ужином вино или бренди, потом отрубаюсь до следующего трудового дня. Все время я что-то перетаскиваю, отмываю, готовлю. А, на работу еще хожу. Плюс сезонные работы в огороде. Не меньше чем на плантациях, только негров нет. Маму резко примкнуло лук копать, чистить, сушить. Вот вчера стоял себе, а сегодня срочно.
Для начала под лук я с моими мужиками построила сушилку.

Из спинок от двухспальной койки и брусков. Железные сетчатые поддоны от старой сушилки.
Конечно весь лук в один день мы не осилили. И я свалила из деревни. И упала в городе на диван. Спала 10 часов, встала вся разбитая и в натуральных синяках. Эти два дня, субботу и воскресенье, мне надо было полежать в тишине и одиночестве. Впереди новая рабочая неделя, сил нет. Муж, молодец, в гараж ушел. Сын в комнате ругается с сетевой игрой. Только мама и сестра два раза позвонили рассказать, как у них два часа без меня прошли. Мне отлежаться хватает полтора дня. Но только без халтуры, лежать, не больше 400 шагов вдень.
Не пила три дня. Хотела восемь. Но наступил понедельник, меня снова вытрясли из кожи и небрежно обратно затолкали. Моя железобетонная вежливость и нудная настойчивость (ненавижу такой стиль общения, но иначе была бы истерика), как мне показалось, к чему-то привели. Сегодня в ГИМС передо мной к инспектору-мужику стоял парень с гидроциклом (в курсе, что годовой налог 40 тыс?) и, когда инспектор пошел сверять номера на стоянку, я присоседилась и хлопнув глазками всего один раз, за пять минут получила осмотр и фотофиксацию лодки с мотором. Но бабка-вампир оскорбилась до глубины души, что я крутанулась без ее благословения. Усыпила меня, гадюка, тем, что взяла документы в кучку и обещала судовой билет завтра. Я, выдохнув почти кишечник, поехала по более приятным делам и в процессе получила от нее четыре дебильных звонка. Начать с того, что звоня мне по номеру указанному в заявлении, она дико извинялась, что не помнит, как меня зовут. Честно, мне плевать, можешь никак не звать. Но акцентировать внимание на том, что ты не можешь прочитать текст в сантиметре от номера телефона на бланке, не стоит.
Короче, кишкомотство, кончилось тем, что они там всем отделом не понимают, как зарегистрировать нашу лодку, когда голова в Москве, шея в Хабаровске, а я, видимо, жопа, здесь. На четвертом звонке мне стало плохо. Эта сука все-таки пробила меня. Не стоит недооценивать старых (мелкая, сухая, в рыжих кудрях мелкой химкой, злыми глазенками-точками и брезгливыми губами в помаде моей молодости) вампирш.
Я позвонила начальнику транспортного цеха и, почти рыдая, сказала, что пусть он сам оправдывается перед старой дурой, почему он расписался в паспорте лодки и накладной на получение. Надо отдать должное нашим мужикам: он меня успокаивал, говорил, как с ребенком, что все напишет и подпишет и решит. Надеюсь, в конторе поняли, что дальше действовать будут они.
А я лелею месть. Наберусь снова моральной устойчивости и нажалуюсь на каргу ее начальству устно при всем их отделе и, возможно, письменно. И там будут такие выражения как: невербальная агрессия, некомпетентность, вербальная агрессия, личная неприязнь (с ее стороны), утаивание информации, несоответствие облику госслужащего.
Я просто в шоке, как государственные услуги могут оказываться такими отсталыми элементами. Любой госслужащий давным-давно приятен в общении. А тут, я, как в машине времени проехала.
Пара картинок, отражающих мое состояние.
|
</> |
