Без названия

belenky — 04.10.2021 Марьян Беленький
Скромность. Профилактика и лечение
Скромность, наряду с шизофренией и депрессией является тяжелым психическим расстройством. Б-ному кажется, что он никому не нужен, его творчество никакого интереса для окружающих не представляет. Он не верит в свои силы. Считает совершенно бессмыслленным продвижение результатов своего творчества. Б-ной всю жизнь страдает сам и вместе с ним страдают окружающие. Вместо того, чтобы жить результатами своего творчества – продавать картины, издавать книги, выступать с концертами – больные всю жизнь проводят за кассой магазина, в сраных канторах или на заводах. Всю жизнь ждут окончания рабочего дня, выходного, отпуска, пенсии....
Шизофрению и депрессию сегодня успешно лечат. Больные, зная о своем заболевании, принимают таблетки, проходят курсы лечения, сохраняют работоспособность. Пример – нобелевский лауреат, математик Джон Нэш:
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D1%8D%D1%88,_%D0%94%D0%B6%D0%BE%D0%BD_%D0%A4%D0%BE%D1%80%D0%B1%D1%81
Но если шизофрения и депрессия официально признаны заболеванием, известны методы лечения, то скромность , к сожалению, пока заболеванием не считается. Больные предоставлены сами себе, брошены на произвол судьбы. Нет ли лекарств, ни общепринятых средств психотерапии.
За скромность даже пенсию по психинвалидности не платят.
Основы болезни закладываются в детстве, это так наз. “совковое воспитание”.
“Не высовывайся. Не умничай. Тебе что, больше всех надо? Ты что здесь, самый умный? Надо закончить институт и работать по специальности. Богема эта к добру не приведет. Они все пьяницы, наркоманы и проститутки”
Человеку, прошедшему такую школу, кажется, что писатели, художники, поэты, музыканты – это какие-то совсем другие люди, имеющие специальное разрешение на творчество.
Как говорила судья, которая осудила Бродского за тунеядство
“Кто вам разрешил писать стихи?”
Творцы – это где то там, далеко, в Москве. А мы тут, в бараке, посреди степи, к нам это никакого отношения не имеет. Мы же их кормим, тунеядцев этих. Написал какую-нибудь симфонию мудацкую – и всю жизнь деньги получаешь. А к станку по 8 часов в день не хочешь?
О его творчестве знают двое друзей и мама. “Тебе бы, Вася, в Москву”. Ну в какую там Москву? А жить где? А жрать на что? Тут уже квартира, должность, семья. Да и нет никакой гарантии, что пробьешся. Вон Танька Петрова прокантовалась в Москве этой, профукала все деньги, что батя дал, и вернулась ни с чем.
- Погоди, а как же Серега? В соседнем бараке жил. На рыбалку вместе ходили, выпивали. А теперь из телевизора не вылезает.
- Ну мало ли. Значит, повезло. Кто-то значит за него мазу тянул.
- Да не было у него никого. Сам пробился.
- Да ну, что я не знаю?
- Погоди. А вот в прошлом годе к нам в поселок московские поэты приезжали. Ты что ж им свои стишки не показал?
- Да ну, кому они нужны. Посмеются только.
- А Серега, вишь, задружился с ними. Послал кому-то из них свои стихи в Москву, книжка вышла, потом вторая.
- Да отстаньте вы с вашей Москвой. Нету никакой Москвы. Кремль этот ваш из фанеры выпилен, что я не знаю? Все, останьте от меня. Мне в ночную смену выходить.
- А ты нашему Сереге пошли. Авось и поможет земляку.
- Да не буду я ничего посылать. Никому мои стишки не нужны.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив