Апокрифы
sozecatel_51 — 31.12.2022
Специально для i (irina_fadeewa)
Беломорско-Балтийский канал имени «Фауста» Гёте
Известный писатель-антифашист, тайный советник и министр Иван Вольфович фон Гёте долгое время не мог завершить своего «Фауста». Прознав о творческом кризисе поэта, товарищ Сталин пригласил его совершить круиз по Беломорско-Балтийскому каналу в составе группы советских писателей.
Во время плавания на пароходе «Нарком Ягода» Гёте внезапно предался неге творческой мечты, и «Фауст» был досрочно завершен. В конце повествования главный герой осознает себя основателем государства и мобилизует народ на ударный труд по рытью канала, имеющего важное народно-хозяйственное значение.
Народ относится к строительству без энтузиазма: ропщет, упрямится и омрачает торжество стройки.
«Бедной братии батрацкой
Сколько погубил канал!
Злой он, твой строитель адский,
И какую силу взял!» – говорит своему мужу Филимону несознательная Бавкида, чьё убогое жилище находится в зоне предполагаемого затопления.
Но Фауст непреклонен и стойко переносит народные беды и лишения.
«Труд тысяч рук достигнет высшей цели,
Которую наметил ум один!» – восклицает он вдохновенно и… слепнет, прозревая одновременно светлое будущее. Ухо главного героя «ласкает стук лопат и кирок», а перековка заскорузлых строителей, не понимающих своего счастья, идет с опережением графика. Фауст приходит в восторг. «Остановись мгновенье, ты прекрасно!» – восклицает он и падает, бездыханный, наземь. И в тот же миг душу доктора и начальника государства – в полном соответствии с условиями заключенного ранее контракта, забирает себе Мефистофель.
– Ну, что скажете, Александр Сергеевич, о поэме нашего интуриста? – спросил товарищ Сталин, захлопывая томик «Фауста».
– Высшее творение поэтического духа, — ответствовал Пушкин, улыбаясь голубыми глазами. Он отдавал должное вкусу вождя.
– Да, такого скорого решения непростой творческой задачи мы не ожидали, – отозвался товарищ Сталин, высоко ценивший юмор Пушкина. – Какая глубина! Какая стройность!
– Жаль, если придется тираж изымать, – сказал Пушкин, пригубливая «Киндзмараули».
– Не хотелось бы, – вздохнул вождь и стал набивать табаком свою сталинскую трубку.
Кейс: как одна кухня проиграла тараканам три раунда, а потом всё-таки взяла реванш 
