Ангедония
kizune — 15.04.2012
Пипл, простите меня, конечно, но я невероятно устала от вашей
Пасхи.Смерть есть, пипл. Она просто есть - и никакие куличики и переводные картинки на яйцах не спасут от этого факта.
Сегодня за столом мы вспомнили Мишку. Он был весёлый, умный и пронзительно добрый. Его все любили, и он любил всех. Пипл, он умер 18 лет назад 6 марта - и его просто нет. А смерть есть.
Серёжка тоже не воскрес. Он был невероятно талантлив, и я любила его больше, чем ветер, закат и осень, больше всего этого мира. Пипл, он умер - и его просто нет. А смерть есть.
И Игоря тоже нет. Он спас мне душу, он был со мною там, куда за мной не пошёл никто, я помню его тело губами и кончиками пальцев. Но этого тела больше не существует. А смерть есть.
Даже если бы я могла поверить всему, что написано в вашей книге, то с чего, ну, с чего бы мне радоваться тому, что двадцать веков назад на другом краю земли на несколько дней воскрес некто мне не знакомый? С того, что он пообещал когда-нибудь, через тыщу-секстильон лет (двадцать веков уже прошло!) сделать то же самое - и навсегда - для всех хороших? Если он сдержит своё обещание, я буду радоваться. Не раньше.
Потому что смерть есть. И от неё не укрыться ни за высокими сладкими булками с белой глазурью, ни за отформованной творожной массой с цукатами.
Простите - не я её придумала.
Шкаф-купе или распашной шкаф: что лучше выбрать 
