ABS

kornet_azarov — 19.11.2024


Ах, как скверно-то! Совсем скверно. Средневековье, это вам, не XX век. Не XXI век и уж тем более не XXII прогрессивное столетие. Это в XXII веке сады на Марсе цветут, а на Земле и того лучше - коммунизм наступил. Правда, непонятно, в отдельно взятой стране или в масштабах всего шарика.

А здесь, в королевстве Арканар, на другой планете, та самая эпоха, что на Земле давным-давно канула в Лету: со всеми рыцарями, подвигами, дуэлями, замками и всеми достижениями средневековой цивилизации.

Хотя, конечно, доморощенные рыцари весьма условны, доны-бароны. Благородная аристократия с высоты своих лошадей презрительно плюющая на тех, кто на социальной лестнице находится ниже. Социальная лестница! Да они и слов-то таких не знают... Они мечтают протолкнуть закон о том, чтобы чернь перемещалась по улицам только задворками, а самим при этом неведомо, что такое элементарное нижнее белье или минимальная гигиена. Благородные доны с грязной шеей. С кем только приходится работать!..

А работать приходится. Ибо выбора нет. И жить, и работать - в этой грязи, серости, убогости, тупости, и не только физической, осязаемой, но и моральной. Ничего не попишешь - миссия у него такая.

Он землянин, имя его Антон (сценический псевдоним - дон Румата) и он полуразведчик, полуисторик, полунаблюдатель.

"Хорошо бы все-таки ввести в моду нижнее белье, подумал Румата. Однако естественным образом это можно сделать только через женщин, а Румата и в этом отличался непозволительной для разведчика разборчивостью".

И таких разведчиков-наблюдателей в Арканаре вместе со с Антоном 250 единиц. Их задача? Да черт ее знает, мутная она какая-то. Эксперимент по невмешательству. Арканарцы, они очень похожи на нас, землян, и развиваются они по плюс-минус аналогичной схеме. Вон, аж до Средневековья уже добрались.

Однако они идут тем же самым путем проб и ошибок, у них все те же самые интриги и борьба за власть. Хотелось бы, конечно, чтоб к светлому будущему и садам на Марсе арканарцы пришли побыстрее и менее кроваво.

Но это землянам хотелось бы. Это нам хочется менять ход истории не во что не вмешиваясь. На минуту - а так действительно бывает? Такое возможно?

А самим "подопытным" ничего такого вообще не надо. Они следуют ухабистой и неровной дорогой естественной эволюции, набивая собственные шишки. Жаль только, что они не достигли еще того этапа, когда люди уже умеют делать выводы из того, что с ними происходит. Впрочем, эта наука позаковыристей остальных. Ее и в XXI веке еще не все постигли. Двоечники, одни двоечники вокруг...

И вроде со стороны посмотреть - работенка не бей лежачего. Живи себе в амплуа богатого, благородного дона, используй из своего развитого века медикаменты, технику, передатчики, вертолеты, удивляя местных и давая им пищу для выдумывания легенд, наблюдай, но не во что не вмешивайся. Для местных ты бог. Только держи себя в руках. Начальство благословило. Amen.

Но как же это сложно! Особенно для человека эмоционального и думающего. Пропускающего все через себя. На этой работе так нельзя-я-я... На этой работе подобная практика ведения дел выходит боком - один-единственный раз. После - все, финал, отставка, забвение, горькое ощущение собственной ненужности.

В Арканаре правит король. Но в шахматах, говорят, это самая слабая фигура, вечно нуждающаяся в защите. Король по факту болван, но кажется - кажется! - сам себе величайшим и мудрейшим. Когда-то даже можно было сказать, что это не самый плохой вариант - в конце концов, при дворе царили просвещение, подданные верили в культуру и науку. Просвещение - вот единственно возможный путь развития любого здорового общества.

Одна беда - общество да еще и при слабом правителе в большинстве своем не способно держаться этой путеводной звезды. На таких дрожжах всегда вырастает кто-то, для кого смысл всего его существования - власть. Здесь, сейчас, сиюминутно, чем дольше - тем лучше. А после?.. Да какая им разница, что будет после них. Они об этом не задумываются. Они почему-то считают, что будут жить вечно.

Вырос такой "кто-то" и в Арканаре. Дон Рэба.

"Рэба - чушь, мелочь в сравнении с громадой традиций, правил стадности, освященных веками, незыблемых, проверенных, доступных любому тупице из тупиц, освобождающих от необходимости думать. <...> ...и словно на их трупах вырос исполинским грибом этот цепкий, беспощадный гений посредственности. <...> Он упразднил министерства, ведающие образованием и благосостоянием, учредил министерство охраны короны, снял с правительственных постов родовую аристократию и немногих ученых, окончательно развалил экономику..."

И покатилась тележка по давно опробованным рельсам репрессий: жечь книги, перековывать или уничтожать авторов, убирать думающих, избавляться от критически мыслящих... И просто мыслящих.

О, эти бедные гвозди с выпирающими шляпками, торчащими дерзко и непокорно, в толпе давно вколоченных в рамки соплеменников... Их всегда стараются сравнять с другими - с особым, кипящим ненавистью остервенением.

Что ж... будем тогда спасать. Спасать всех тех, кто не нужен настоящему, но обязательно пригодится будущему: ученых, медиков, писателей, изобретателей... Всех для кого книги - не пустой звук. "Беззащитные, добрые, непрактичные, далеко обогнавшие свой век".

Ну и пропаганда, конечно. Куда ж без нее при работе с несильно думающим, но сильно зашуганным населением. Для промывки мозгов не требуется безупречное знание анатомии, лекари не понадобятся.

" - А зачем все это?.. Что такое правда?.. Принц Хаар действительно любил прекрасную меднокожую Яиневнивору... У них были дети... Я знаю их внука... Ее действительно отравили... Но мне объяснили, что это ложь... Мне объяснили, что правда - это то, что сейчас во благо королю... Все остальное ложь и преступление".

Антон, живущий в этом обществе уже не первый год, видит все эти изменения. Видит роты серых штурмовиков дона Рэбы, видит спайку настоящей, по факту правящей власти с уголовниками, видит, что назревает какой-то взрыв - назревает как злокачественная опухоль... Он пытается донести это до непосредственного начальства. Пытается достучаться и заставить услышать то, что практически уже очевидно - эксперимент провалился, принцип невмешательства лишь приумножает зло и провоцирует насилие. В Арканаре не до садов на Марсе, здесь творится обыкновенный фашизм.

Но от него только снисходительно отмахиваются: "Парень, ты просто устал. Однако надо еще потерпеть. Надо держать себя в руках. Для них ты бог". Либо отправляйся на Землю. Лечить нервишки.

Надо держаться. Да. Надо держаться. И быть богом. Во имя великой цели.

"Так хочется разрядить ненависть, накопившуюся за сутки, и, кажется, ничего не выйдет. Останемся гуманными, всех простим и будем спокойны, как боги. Пусть они режут и оскверняют, мы будем спокойны, как боги. Богам спешить некуда, у них впереди вечность..."

А внутренняя пружина, тем временем, закручивается все туже... И каждый последующий день дается все трудней и трудней. Каждый последующий день сочится взаимной ненавистью. Они ненавидят тебя, потому что ты стоишь на их пути. Ты же ненавидишь их, потому что уподобляешься им.

"Он слышал, как штурмовик нерешительно топчется сзади, и вдруг поймал себя на мысли о том, что оскорбительные словечки и небрежные жесты получаются у него рефлекторно, что он уже не играет высокородного хама, а в значительной степени стал им. <...> А ведь мне уже ничто не поможет, подумал он с ужасом. Ведь я же их по-настоящему ненавижу и презираю..."

Как же все это знакомо! Как же все это современно и актуально. Пугающе, до ужаса актуально. Столько лет прошло с момента написания книги, а все одно и то же, все по кругу, закольцованному в стылую бесконечность. Даже рожи и типажи одни и те же - что в тексте, что в новостях. Они легко узнаваемы и столько же легко опознаваемы.

Как же это просто, ясно, достоверно написано! Талантливо и атмосферно - до оторопи.

" - Ты лучше вот о чем подумай, кузнец. Ты один как перст, да таких перстов вас в городе тысяч десять.
  - Ну? - сказал кузнец.
  - Вот и думай, - сердито сказал Румата и пошел дальше.
  Черта с два он чего-нибудь надумает. Рано ему еще думать. А казалось бы, чего проще: десять тысяч таких молотобойцев, да в ярости, кого хочешь раздавят в лепешку. Но ярости-то у них как раз еще нет. Один страх".

Хорош главный герой - сомневающийся, рефлексирующий. В нем чувствуется живой нерв. Он доступен и понятен. Понятны его брезгливость ("Святой Мика, почему они здесь, во дворце, никогда не моются?"), его презрительность по отношению к большинству окружающих ("Если меня сейчас убьют, эта колония простейших будет последним, что я вижу в своей жизни"). Это делает его настоящим, превращает из супермена в обыкновенного человека с недостатками - как любой из нас. Он хороший парень. Просто оказался не на той работе.

"Вот и сейчас в этих затаившихся домах невидимо рождаются подлецы, доносчики, убийцы; тысячи людей, пораженных страхом на всю жизнь, будут беспощадно учить страху своих детей и детей своих детей. Я не могу больше, твердил про себя Румата. Еще немного, и я сойду с ума и стану таким же, еще немного, и я окончательно перестану понимать, зачем я здесь..."

Сильная вещь. Мрачная, жесткая, пророческая. Эта книга должна была остаться фантастикой, историей выдуманного мира, которого никогда не существовало. Который не существует. Но увы - она до сих пор является пугающим отражением настоящего.

Ее авторы не предсказывали будущего. Но они здорово в нем разбирались.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив