А воображения у нее никогда не было (с)

топ 100 блогов define_violence07.12.2010 Любимый Джон Ирвинг – я прочла абсолютно все его книги, даже скучные дебютные романы из шестидесятых, которых, наверное, вовсе никто, кроме меня, не читал – в послесловии к своей последней книжке сказал, что начинает писать историю не раньше, чем придумает последнюю фразу. Написав ее (на это у него иногда уходит год), он медленно начинает двигаться назад, к началу – и какие бы изменения ни претерпевала история, последняя фраза, написанная самой первой, всегда остается неизменной, включая даже знаки препинания. То есть, он не только точно знает, чем закончится история – он знает, как она закончится – и я имею в виду не только то, какими словами написана эта пресловутая последняя фраза, они такие длинные у него, эти фразы, что одной вполне достаточно, чтобы задать и настроение финала, и его интонацию.

Закрыв книгу, я горестно подумала о том, что этому никогда не научусь. Год назад (ужасно символично, по-моему, но это было ровно год назад, первую главу я написала в конце прошлого декабря) я начала писать историю, о которой не знала ровным счетом ничего, кроме самых общих деталей. Я хотела написать о конце света – но без ядерных взрывов и без чудовищ, об апокалипсисе будничном и безнадежном, таком, каким он мог бы быть, случись он на самом деле, и единственное, что я знала наверняка – рассказчиком будет женщина, эмоциональная, рефлексирующая и внимательная к деталям, и мы увидим этот апокалипсис ее глазами. Это будет мир, в котором нет героев с суровыми лицами, населенный обычными, напуганными людьми, слабыми и несовершенными, в котором не каждый мужчина умеет стрелять и готов к этому, в котором не всякая драка эффектна, не всякая фраза остроумна, в котором всем страшно. Больше я не знала ничего.

Я не знала, какими получатся герои и сколько их будет. Не знала, как они будут друг к другу относиться (и очень удивилась, когда выяснилось, что они, по большому счету, совсем друг другу не нравятся – и, более того, у них есть время на то, чтобы вообще возиться с этими своими отношениями – пока вокруг рушится мир). Я не знала, кто из них доживет до финала и уж тем более не знала, каким он вообще будет, этот финал. Я надеялась, что всё это выяснится в процессе – у меня не было плана, и каждая следующая глава была почти сюрпризом, они просто бежали, эти мои герои, они выбрали место, которое показалось им безопасным, и пытались добраться до него – начиная историю, я рассчитывала на то, что они доберутся и вот тогда я и подумаю над тем, что они будут там делать. Неожиданно для меня, история получилась не о том, что они будут делать там – а о том, как они туда добираются. Можете представить, что две с небольшим тысячи километров этого путешествия заняли 17 авторских листов? Если нет, просто поверьте – это на самом деле толстая книжка.

В общем, я получила отсрочку – и план, и все вот эти «что они будут делать там», и финал – всё это может подождать теперь до книги второй, которая неизбежно будет, потому что мне есть, что сказать на эту тему. Единственное, с чем нужно определиться уже сейчас – это название, дорогие друзья, потому что первую книгу надо печатать. Я всегда была полнейший идиот по части названий. С рассказами было проще – достаточно было выдернуть какую-нибудь фразу из текста, почти любую, на самом деле – и готово, но когда выбираешь название для книги, это слишком легкомысленный подход, тут нельзя ошибиться. Издатель говорит – успех книги во многом зависит от названия. Издатель говорит – назвать роман «Вонгозеро» (по названию места, куда они едут) – неудачная идея, потому что читатель, стоящий у полки с книгами в магазине, ни за что не догадается, о чем она. В общем, схалявить у меня не вышло – я должна придумать адекватное название, хорошее и яркое, которое объяснило бы каждому, что там его ждет, под обложкой.

Под обложкой его ждет апокалипсис глазами женщины. Я заигрывала с «Апокалипсис от Анны» (так зовут рассказчицу) – но ей-богу, это звучит не только несколько богохульно, но и нескромно. На самом деле, я бы вовсе не стала здесь приводить этот неудачный вариант, но учитывая то, о чем я собираюсь просить вас, я должна была хотя бы обозначить ход своих мыслей. А теперь собственно просьба:

Дорогие все. Пожалуйста, помогите мне придумать это чертово название. Я уже месяц брожу из угла в угол, и ничего, ровным счетом ничего не приходит мне в голову. У первой книги была громадная подзамочная фокус-группа в сто с лишним человек, но я нарочно выношу эту просьбу из-под замка – многие читатели этого журнала прочли первые семнадцать глав в открытом доступе и тоже, наверное, получили представление о том, что это за история. Как ее назвать? Как бы вы ее назвали? Давайте подумаем вместе? На сладкое: автору самой удачной идеи обещаю авторский экземпляр книги с письменным признанием его заслуги и тысячей благодарностей, и, допустим, бутылку какого-нибудь отличного виски, или роскошного старого португальского портвейна, или хорошего вина – что пожелаете. Ну и, разумеется, пожизненный пропуск в подзамочные фокус-группы, сколько бы их ни было в дальнейшем. Москвичам вручу лично, в другие города/страны вышлю курьерской почтой.

Очень на вас надеюсь, честно.

Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
Прочти, товарищ, эти имена и скажи по чести, не стынут ли волосы дыбом в твоих жилах от деяний этих людей? Фурсенко. Матвиенко. Онищенко. Христенко. Мутко. Шматко. ...
"Въездной турпоток в Россию из стран, традиционно отправляющих в РФ наибольшее количество туристов, в последнее время заметно сокращается... В первом квартале 2011 года по сравнению с аналогичным периодом предыдущего, на 24% снизилось количество ...
Только пришел с работы. Информации по Приморью мало. Умом понимаешь, что горстка русских повстанецев в Приморье обречена. Рассудком осознаешь, что так Систему не поразишь в сердце, что так достанешь только мелких исполнителей, а не ...
Посмотрел краем глаза репортаж из Гаити. Как-то чернó на экране, не находите? ...
varfolomeev_v пишет:В этой нашумевшей истории и её сегодняшних оценках есть несколько ...