А чтоб не заигрались

serge-le — 14.12.2024

Сегодня было замнечательное в своей злободневности апостольское чтение…

• «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что́ мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что́ вы приняли, да будет анафема. У людей ли я ныне ищу благоволения, или у Бога? людям ли угождать стараюсь? Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым» (Гал.1:6-10).

Даже во времена апостолов для христиан существовал соблазн «превратить» (сделать превратным) Евангелие. А это как? В греческом тексте используется слово, производное от μεταστρέφω – перевернуть, обратить вспять, изменять, заменять, отменять. Все возможные переводы этого слова можно воспринять как синонимы или же как различные оттенки разный обстоятельств. На самом деле, были те, кто переворачивал учение: например, там, где Христос призывал к любви, они призывали к ненависти или возвышенное значение этого слова заменяли низменным. Были те, кто «разворачивал» учение Христа на 180 градусов, превращая его в еще одну школу иудейского Закона. Были те, кто изменял учение Господа, что-то добавляя или изменяя в Его словах или в их понимании. Были те, кто буквально заменял учение Евангелия другим – чем-то, якобы, соответствующим глобальной повестке дня, где собственно само Евангелие было лишь утилитой – катализатором других рациональных или религиозно-мистических процессов, но не самоцелью. Все это рано или поздно приводило к отмене христианства.

В контексте повествования апостола Павла речь идет, в первую очередь, о том соблазне галатов, который они находили для себя в делах Закона – фундаментальных обрядовых предписаниях иудаизма, таких как обрезание, кашрут и миква (и все вытекающее из этого). Мы знаем, что апостол Павел с самого начала своего служения, в отличие от некоторых других апостолов, был сторонником если и не запрета, то отмены обязательности всех тех норм, исполнение которых брал на себя «язычник» при обращении в иудаизм. В то время как другие, напротив, считали, что присоединение к Церкви технически является присоединением к Израилю, и стало быть, ничем не отличается от гиюра.

В шестой главе этого послания апостол скажет «ни обрезание, ни необрезание ничего не значат» - т.е., нет смысла превращать свою жизнь в борьбу ни за Закон, ни против его, но есть смысл бороться с теми, кто борется за одну из альтернатив: неслучайно Церковь осудила тех, кто признавал «спасительность» и, стало быть, необходимость обрезания, и тех, кто вообще отвергал Ветхий Завет как нечто ложное в принципе или в принципе утратившее свое значение.

Логика апостола проста: Христос учил обрезанию, кашруту и микве? В прямом смысле понимания первого второго и третьего – нет! Ну, так тогда спрашивается, какого рожна, на каком основании некоторые проповедники начинают «вот это вот всё»! Ведь Христос сделал все, чтобы в Своем Учении пройти между интересами всех конкурирующих течений в иудаизме (разве что стал на сторону фарисеев против саддукеев в вопросе существования души), выведя своих последователей через ту очевидность, что предшествует всякому богословскому спору к той Тайне, Которой являлся Он Сам.

То «превращение», которое обличает апостол Павел, имеет главную причину в человекоугодии: в апостольские времена Евангелие распространялось, в первую очередь, среди еврейских диаспор, господствующая атмосфера которой была репрессивной ко всему нееврейскому. Проповедовать и соблюдать требования и предписания иудейской культуры было проще и, как казалось, эффективнее, но в погоне за этой простотой и эффективностью, терялось самое главное: собственно, Евангелие. Но под человекоугодием нужно понимать и самоугождение: особенно те случаи, когда человеку религия нужна только как удобная среда раскрытия своих талантов (истинных и мнимых) и земных достижений (необязательно материальных). Апостол Павел признается, что если бы он так жил (или хотел бы та жить), то не стал бы христианином.

Здесь я уже было хотел пуститься в пространные рассуждения о Законе и благодати, но, одумавшись, решил пожалеть вас и удалил пару-тройку написанных страниц…

Короче, братья и сестры! Несмотря на то, что в контексте апостол имеет ввиду «превращение» Евангелия проблематикой дел Закона, который сам по себе и не плох (см.:1Тим.1:8-10, Рим.7:4-8, Гал.3:24), на практике это превращение (искажение, замена и отмена) может происходить и другими, может, «самими по себе неплохими» вещами, но теми, которые Христос не проповедовал. Речь не только о ересях и том, что само по себе зло. Речь о том, что не является Евангелием, но тем, во что оно превратилось в словах и жизни проповедника. Если под анафему апостола попадает «сконцентрированность на Законе» (упрощенно) как то, о чем не учил Христос, то тем более под эту анафему попадает и всякое там «правильное питание» и «здоровый образ жизни», «спорт» и «культура», «политика» и «экология» да прочие виды «сотрудничеств» за все хорошее против сего плохого – если все это становится не учением врачей, диетологов, культурологов, политиков и спортсменов, а учением Церкви, в котором Евангелие уже нужно только для того, чтобы его цитировать при реализации актуальной повестки в вопросах всего перечисленного.
Казалось бы, что пнём по сове, что совой об пенёк, но не нет! Здесь крайне важно, что к чему прилагается: к Царству Божьему что-то, или Царство Божье к чему-то – от этого зависит, произойдет ли «превращение». Правило о перемене мест слагаемых в богословии не действует или действует с ограничением.

Оставить комментарий

Популярные посты:

diocles

Современные решения для промышленного монтажа: что выбирают предприятия в 2025 году

ruslanviktorov

Прогулка по любимому городу

gull_25

Когда в соратниках согласья нет

tito0107

8 февраля 1908 г.

anna_bpguide

Ákom-Bákom

emergenza

Как все уже отписались неделю назад , в Москве, да и в

• Ранее
• Архив