​***

alena_73 — 17.08.2025

Все люди делятся на любителей кошек и любителей собак на любителей Толстого и любителей Достоевского.

И вот, кто бы мог подумать, что в лице своего собственного ребенка я обнаружу любителя Достоевского, человека из диаметрально-противоположного лагеря.

Я говорю:

— А Наташа? А князь Андрей? А Пьер Безухов наконец? Который наш человек, ведь не будешь же ты отрицать, что Пьер — наш.

Ребенок смотрит на меня непонимающими глазами.

Вот если бы Пьер Безухов взял в руки топор и замочил, ну скажем, Анну Михайловну Друбецкую и заодно княжну с длинной талией, как бишь ее, Катишь? и предавался бы дальше на протяжении оставшихся трех томов раздумьям, насчет того, дрожащая он тварь или вполне себе право имеет, если бы Наташа пошла на панель, спасая разорившегося графа Ростова, а князь Андрей... черт, что бы там мог сделать князь Андрей? а, ну пусть сопьется и кричит на все Лысые Горы: меня распять надо, а не жалеть! Но распни, судия, распни и, распяв, пожалей его! — вот тогда бы да, тогда бы был совсем другой разговор.

Так примерно думает мой ребенок, глядя на меня сверху вниз. А именно так глядят любители Достоевского на любителей Толстого. Именно так. Теперь я это точно знаю.

И тем не менее, что они там знают и понимают в настоящей любви? Вот мы, фанаты Льва Николаевича, мы понимаем. И я б могла бы долго распинаться, но за меня все рассказала незабвенная Тэффи. А мне осталось только ее процитировать:

Мне тринадцать лет.
Каждый вечер, в ущерб заданным урокам я читаю и перечитываю все одну и ту же книгу — «Война и мир».
Я влюблена в князя Андрея Болконского. Я ненавижу Наташу, во-первых, оттого, что ревную, во-вторых, оттого, что она ему изменила.
— Знаешь, — говорю я сестре, — Толстой, по-моему, неправильно про нее написал. Не могла она никому нравиться. Посуди сама — коса у нее была «негустая и недлинная», губы распухшие. Нет, по-моему, она совсем не могла нравиться. А жениться он на ней собрался просто из жалости.
Потом, еще мне не нравилось, зачем князь Андрей визжал, когда сердился. Я считала, что Толстой это тоже неправильно написал. Я знала наверное, что князь не визжал.
Каждый вечер я читала «Войну и мир».
Мучительны были те часы, когда я подходила к смерти князя Андрея.
Мне кажется, что я всегда немножко надеялась на чудо. Должно быть, надеялась, потому что каждый раз то же отчаяние охватывало меня, когда он умирал.
Ночью, лежа в постели, я спасала его. Я заставляла его броситься на землю вместе с другими, когда разрывалась граната. Отчего ни один солдат не мог догадаться толкнуть его? Я бы догадалась, я бы толкнула.
Потом посылала к нему всех лучших современных врачей и хирургов.
Каждую неделю читала я, как он умирает, и надеялась, и верила чуду, что, может быть, на этот раз он не умрет.
Нет. Умер! Умер!
Живой человек один раз умирает, а этот вечно, вечно.

...

В классе у меня была соперница, Юленька Аршева. Она тоже была влюблена в князя Андрея, но так бурно, что об этом знал весь класс. Она тоже ругала Наташу Ростову и тоже не верила, чтобы князь визжал.
Я свое чувство тщательно скрывала и, когда Аршева начинала буйствовать, старалась держаться подальше и не слушать, чтобы не выдать себя.
И вот раз за уроком словесности, разбирая какие-то литературные типы, учитель упомянул о князе Болконском. Весь класс, как один человек, повернулся к Аршевой. Она сидела красная, напряженно улыбающаяся, и уши у нее так налились кровью, что даже раздулись.
Их имена были связаны, их роман отмечен насмешкой, любопытством, осуждением, интересом — всем тем отношением, которым всегда реагирует общество на каждый роман.
А я, одинокая, с моим тайным «незаконным» чувством, одна не улыбалась, не приветствовала и даже не смела смотреть на Аршеву.
Вечером села читать о его смерти. Читала и уже не надеялась, и не верила в чудо.
Прочла с тоской и страданием, но не возроптала. Опустила голову покорно, поцеловала книгу и закрыла ее.
— Была жизнь, изжилась и кончилась.

Оставить комментарий

Популярные посты:

sarisso

ARC Raiders: где найти лампочку?

• Ранее
• Архив