15 лет.

yuliacoba — 12.08.2015 Сижу, грущу. потому что Эдуард написал проникновенный, полный горечи пост.
Я очень хорошо помню август 2000-го. В это время я работала на теплоходе "Лев Толстой" и каждый вечер пела в шоу-салоне вместе с моим будущим мужем. Австрийцы, японцы, испанцы, французы, немцы. Народу тьма, каждый вечер битком забитый бар и шумные испанские танцы.

И вдруг тонет Курск. Несколько дней подряд народ в замешательстве, все ещё надеются, что хоть кого-нибудь спасут, президент с глупой ухмылкой, непонятное затягивание со спасательной операцией. А потом Путин сам едет в Мурманск, иностранные посольства объявляют траурные мероприятия. Надежды уже нет. Это были 20-числа августа. Теплоход стоит в Москве, интуристы разбрелись, кто куда. МудакДиректор круиза делает круглые глаза, мол, какой траур? У нас тут сплошной интурист, люди деньги платили за развлечения, думаете, их волнует, кто там и где утонул?! И мы выходим на сцену. Стоим в пустом зале -никого. Включили фоновую музыку и сидим на диванчике, дежурим.

И тут вползают несколько немцев, вернувшись с прогулки по городу, берут пиво и что-то там ещё, предлагают нам и садятся перед телевизором. "Надо новости посмотреть, что там у вас с "Курском". Надо же, какая беда!" - предлагают выпить, помянуть погибших моряков, все уже понимают, что надеяться на спасение хоть кого-то наивно. А почему вы не на берегу, ребята? Вышли на работу??? А мы думали, у вас тоже траур?!
А я сижу, лупаю глазами, стыдно до ужаса.

Даже безбашенные андалузцы несколько дней подряд не приходили в бар, боясь нарушить печальное молчание, и зажигали под магнитофон по ночам на корме, где их никто не видел и не слышал. Австрийцы - те вообще, здороваясь с нами, опускали глаза и говорили "скорбим вместе с вами".
Но больше всех, конечно, скорбел директор круиза, подсчитывая упущенную от траура выгоду.

Сто восемнадцать моряков. Вечная им память.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив