- Я знаю, что мы подарим тебе с папой на Новый год. Мы
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
- Ну, родители!
- А что, отличный подарок ведь, - настаиваю я. Надо будет найти какую-нибудь смешную простынь на резинке.
У моего Радека день рождения. И вот звоню я ему. Или так. Съемка закончилась. Я сижу на софе в ковровой комнате, мне надо домой, но я никак не уйду. И тут Радек вдруг мигает зелеными огоньками в чатике.
И я спрашиваю его:
- Ну как ты, деньрожденческий малчик? Новая жизнь? Чувствуешь себя бесконечно старым неудачником?
- Только проснулся, - отвечает он. В Москве - шесть. В Лондоне - три. После ночной смены нормально. И тут, не знаю почему, я давно так не делаю, я просто набираю его. Спасибо нынче всем этим мессенджерам, где можно просто звонить. Я звоню ему сказать, хоть ты Радек - и козел, но я все равно хочу тебе позвонить. А он почему-то берет трубку. Он тоже не всегда берет трубку, нынче не принято звонить без предупреждения. Даже если день рождения.
- Так вот, - говорю я Радеку, - хоть мы и состоим с тобой в очень странных, непростых отношениях, и я очень часто не то, чтобы люблю тебя, а даже иногда ненавижу, в этот праздничный день хочу поздравить тебя вот с этим вот отличным русским акцентом, что ты еще сильнее прочувствовал, какие у нас эти самые взаимоотношения.
- О, - говорит, - русский акцент - отличная штука. Ты сегодня первая, кто позвонил. Никто еще сегодня не позвонил.
- А как же Таша?
- Таша не в городе, работает, - говорит.
И тут я ему рассказала события последних пары недель. Удачные и неудачные взаимоотношения с разными клиентами. Про свою работу в клинике и детей, про своих детей беженцев. О том, как сегодня снимала эротику. Вот прямо как мы с ним обычно это снимаем. Кстати, нынче эротику нельзя снимать, сразу расскажут, что это эксплуатация женского тела. Интересно, а если снимать мужскую эротику, что мы часто практикуем с Радеком - это будет эксплуатация мужского тела? Вот мне все-таки очень не повезло, мне очень нравится, как люди устроены. Мне очень нравятся люди без одежды. Потому что человеческое тело совершенно. Потому что это красиво. И вот что же с этим делать? Со всеми теми, кто считает это неприличным, или эксплуатацией, или манипулированием. Тяжело, иногда живется людям, которые видят прекрасное там, где большинство считает, что запретить срочно.
- Гавино, еду в Лондон, - пишу, - билеты еще не купила. Но уже еду. Точно.
- У тебя есть ебержемент? -спрашивает.
- Это что такое?
- Это мой прекрасный галицизм, - пишет мне Гавино, - жилье, в Лондоне?
- Есть, - говорю, - а что, ты можешь мне тоже предложить?
- Ну я же тебе говорил - мой дом - твой дом, - говорит мне Гавино.
- Ура, - пишу, - круто. Прекрасно знать, что в Лондоне есть разные запасные дома.
Ну и Тим еще написал, что до 21 он всегда может расшерить свою кровать со мной. А я вечно, как бедная сиротка - ааааа, никто не хочет меня пустить пожить к себе. А оно вон как оказывается, полно людей, которые вполне себе рады мне. Надо про это не забывать, когда в следующий раз захочется миру на мир пожаловаться.
|
</> |