запредельное детство

ledilidik — 08.12.2013 Кэт, тут недавно выдала текст про алкоголизм. По легенде у нее отец и брат пьяные замерзли на смерть, до дому не дошли. Пишет она, про то, что пиво – после работы алкоголизм. Пусть, да – это он, но все у нее как-то далеко от реальности. Мама выходила замуж за непьющего парня. Но, когда мне было два месяца, в нашем доме бушевала такая белая горячка, что стекла вылетали, а я попала в больницу с бронхитом. Когда мне было пять – шесть лет, папа брал меня за руку, объявлял маме: «пошел к матери за молоком» и мы шли в ближайший дом алкоголиков. Помню кучу пьяного народа, перегар, и я слоняюсь среди пьяных взрослых. Назад меня пьяный папа приводил домой поздней ночью. После одной такой прогулки я не выучила стих и была беда-беда двойка. Тем временем жизнь менялась. Папа все чаще сразу после работы пилотировал спать возле порога. У него не бывало так чтобы рюмка для настроения, если в рот попало – все до талого. До последнего, чтобы в сторону дома вели сапоги. «Иди, уложи папу спать» - говорила мама, зная чего ждать. Я тянула его в сторону дивана «щас покурю» - говорил папа. Курил. Я снова говорила ему идти спать, он просил есть. Потом снова курить. Потом снова есть. Потом засыпал у тарелки.
Еще были скандалы с битьем посуды, когда мы с сестрой убирали в последствии осколки. Капельницы с докторами выводящие из запоя, резанье вен у меня на глазах. Это в фильмах вены режут поперек, папа знал, как это делается правильно. Я, к сожалению, тоже знаю, видела, в очень раннем детстве. А потом, вся семья не понимала: «чего это у нас Лида в истерику впадает от вида крови». Да, так мелочи, просто помню острый нож по отцовским рукам и кровь по полу, больше особо с того дня ничего не помню.
В девяностые, папу, конечно, уволили, естественно по 33-й. Все стало много хуже, и друзья его стали хуже. Он однажды привел меня в пьяную компанию, в которой неприятная женщина хватала меня за руки и называла дурочкой. Я в тот день впервые в жизни ослушалась отца, просто развернулась и ушла, хотя он требовал, чтобы я осталась. Мне стало понятно, что он не в состоянии меня защитить, и слушаться такого человека опасно. Я про девяностые, все тогда хотели понять, что происходит, стабильности, определенности. А моя мама хотела на курорт, и соответственно поехала. Сестра мудро ретировалась к бабушке. Я осталась жить с папой, на улице был март, типичный Сибирский холодный. Чтобы в доме было тепло нужно топить две печки, обычную в кухне и голландскую в спальне. Папа топил печку утром и возвращался поздно ночью, падал спать возле порога, с него падала формовка и катилась на середину кухни. (Кухня она же прихожая). Мне было страшно идти спать в темную комнату, мне было восемь лет. Я готовила себе гречку, как научила мама: стакан крупы, два стакана воды. Включала и играла в приставку, гречка пригорала, но получалась рассыпчатая, других вариантов еды не было. Стирать я не умела, в школу ходила в грязной кофте, от чего жутко страдала. Я бы может, постирала, но нагреть воды на стирку, было не в моих силах. Потом, какое-то время папа не пил, и был рай на земле. Он стряпал хлеб, вкусно готовил, и рассказывал много интересного.
От папиных загулов мама сбегала к бабушке. Мы там жили какое-то время, до того момента, пока я не уходила к папе. А меня хватало на неделю без папы, не более. Я всегда возвращалась, и мама шла за мной, чего бы это ей не стоило. Когда мне было десять, я узнала, что папа пропивает припасы, то есть все что летом собирается в лесу, с любовью закатывается в баночки. Он пропивал бруснику в сиропе, еще какую-то хрень из подполья. Его друзья алкоголики украли магнитофон. Самое страшное было, что он мне врал. Всю жизнь учил меня говорить правду, а сам врал, что он этого не делал. Тогда мне было уже десять, мне казалось, что мой мир рушится, я впервые не вернулась домой, осталась жить у бабушки вместе с мамой. Это значило развод, я потом, долго молилась за отца каждую ночь, и страшно переживала за него и без него. Мы иногда не виделись по два года. Но, я приходила к его маме, и ждала, что он тоже там появится. Временами, даже пыталась уйти к нему жить, но до четырнадцати лет право решения у меня не было, а после от отца ничего не осталось.

Оставить комментарий

Популярные посты: