Восстание Спартака
spbchel — 12.12.2010
На события в Москве практически мгновенно отозвались все официальные масс – медиа. Тональность оценок ожидаема – например, «Первый канал» в девятичасовых новостях говорит о каких-то «провокаторах, преследовавших свои цели», которые все и устроили. С количеством участников акции тоже беда – к вечеру стали говорить о пяти тысячах, хотя всего за несколько часов до этого по «Второму» говорили о пятидесяти тысячах, а в новостях на Mail.Ru со ссылкой на РИА Новости писали о «десятках тысяч». В общем, все, как всегда – замолчать, загладить. Ну да Бог с ними, работа у людей такая.
Собственно, прежде чем пытаться анализировать произошедшее, нужно повторить несколько банальных до оскомины тезисов. Власти убеждают нас в том, что «преступность не имеет национальности». Однако человечество уже много тысяч лет знает – все этносы разные. И дело не только в генах. На формирование человека оказывают мощнейшее влияние культурные и религиозные традиции его родины, климат и питание, отношения в семье и т.д. В результате – кто бы мог подумать – получаются очень разные люди. Все слышали о чеченской мафии, но почему-то никто не слышал о мафии эстонской. В интернете регулярно пишут о еврейских олигархах, но ни слова – о белорусских. Чукча становится запойным алкоголиком, выпив две-три бутылки водки, а финн выпивает 4 бутылки в месяц, при этом думает, что ведет здоровый образ жизни и действительно живет в среднем до 80 лет. Так вот, участие государства в отношениях граждан с учетом особенностей всех проживающих на территории страны этносов называется национальной политикой. Отсутствие национальной политики ведет к национальным конфликтам, точно так же, как отсутствие политики экономической – к кризисам и дефолтам, социальной – к демонстрациям, демографической – к снижению рождаемости. Наши власти и СМИ, утверждая, что проживающие на территории РФ украинцы, белорусы, русские, таджики, дагестанцы и татары одинаковы, как однояйцовые близнецы, прямым текстом заявляют – национальной политики у нас нет!
Разобравшись с вещами очевидными, можно поговорить по сути. Каждый раз, когда у нас представители одной национальности начинают конфликтовать с представителями другой, власть с маниакальным упорством поднимает крик – «Это бытовуха! Чистая бытовуха! Не надо разводить национализм!». Это поведение страуса. Однако, прячь голову в песок или нет, проблема не исчезнет. Поэтому все произошедшее было вполне ожидаемо. Однако на этот раз был не просто звоночек вроде лагеря «Дон». Был колокол. Не услышать мог только глухой. Власти не услышали.
Собственно, ничего особенного не произошло по одной единственной причине – провокаторов не было. Это очень просто. Когда у тебя в центре столицы собираются десятки тысяч озлобленных на власть молодых парней, а ты – провокатор, то делаешь ты следующее. Покупаешь на черном рынке 10 автоматов. АК-74, по слухам, стоит на черном рынке в Москве от 30 000 рублей. Раздаешь самым агрессивным – ну, или другим провокаторам. В самый «горячий» момент они открывают по милиции огонь. Поскольку не стрелять, когда стреляют в тебя, практически невозможно, милиция тоже начинает палить. А когда из автоматического оружия стреляют по толпе, она расходится очень злой, и назавтра собирается в несколько раз больше народа. Причем на этот раз провокаторы уже не нужны – пара сотен человек сами достанут оружие. Если этого не хватит для свержения власти, все повториться – еще больше народа, еще больше оружия. В Киргизии недавно именно так и было. Если бы сегодня на Манежной были «леворадикальные провокаторы» - через неделю мы бы жили в другой стране.
Власть загнала себя в тупик. Имеется статус кво. Нарушить его можно, только обидев выходцев с Кавказа. А поскольку они к существующему положению успели основательно привыкнуть, обидятся они крепко. На Кавказе начнутся волнения, и, вполне возможно, вспыхнет новая война. Однако если ничего не менять, может полыхнуть прямо в Москве, и сегодня это стало совершенно очевидно. Чтобы найти из этого тупика выход, нужен действительно незаурядный государственный ум. А такого пока не видно.

