В город

oh_rid — 22.11.2022 Оказавшись безлошадным полдня выбирался из деревни. Казалось бы -делов: вышел из дома, да и попер вилять по бетонным плитам, проклиная чортова мебиуса, невесть каким образом очутившегося в нашей губернии на должности проектировщика сельских дорог.
Но, нет. Разве можно так просто. Понятно же, что нужно срезать напрасный километраж через поле.
Вышел в поле, а оно насквозь русское: идти – так не передешь, засеять – так переведут из категории земель сельхозназначения под индивидуальное жилищное строительство и вытопчут, чтоб продал. Застроить – опять посадят главу кадастра, снова обзовут землей сельхозназначения и примутся сносить незаконные постройки.
Такие открываются бессмысленно величественные просторы и перспективы, что сколько ни пей – все выйдет мало.
Исплутав поля и овраги, выбрался к остановке, присел рядом с сорокалетним таджикским мальчиком – сашей, и принялся гадать на расписании: околею - не околею, придет - не придет автобус? А может и вовсе плюнуть, да идти обратно домой?
И вдруг, чу. К таджикскому мальчику Саше подкрадывается безымянная цыганская девушка, хотя всем известно, что никаких цыганских девушек не бывает, потому что биоритмы у них такие: до восьми лет все цыганские женщины бегают и просят себе на хлебушек маленькими и худенькими, а только стукнуло девять, так все, вот и детство прошло, словно и не бывало – обрюзгшие грузные тетки требуют на хлебушек уже для своих бесчисленных детей.
И вот она начинает рассказывать таджикскому мальчику, что было, что будет и чем успокоится сердце.
Неумело слегка, но с искупающим неумелость задором: и про то, что – вижу, ждет она тебя, вижу – дождется, и вообще все будет очень хорошо, только дай немножко денежек, мне много не надо, сколько есть – хватит вполне.
А таджикский мальчик Саша за годы проживания на стройках русскому языку обучился весьма условно.
Знает лишь и умеет различить самое важное: когда , например, его зовут – бежит прочь, ну и всякое такое, чисто для выживания, без культурных излишеств.
И он, от общей неспособности к языку пушкина, слушает ее и сидит себе вполне довольный. Улыбается. Мол, ты давай, ты говори.
И она говорит, а автобуса все нет и нет, и небо трассирует густыми росчерками снега, мимо, разбрасывая грязную ледяную кашу, несутся грузовики и легковые автомобили, промчалась, даже не замедлив ход, битком набитая маршрутка системы газель, а он улыбается и кивает ей головой в ответ, и возникает такое тревожное чувство, что если немедленно не вмешаться в процесс, то до войны, дома или хотя бы до куда нибудь еще, мне не добраться никогда; вот он - конец всех времен и всех дорог, где цыганская девочка всегда будет рассказывать таджикскому мальчику за его грядущую долгую счастливую жизнь.
- Девушка, - окликаю ее, пытаясь выдраться из заколдованного этого момента – Он не понимает по-русски.
- Да знаю я, - блеснув белозубой улыбкой, отвечает она.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив