Утро, Тула и зима

eernestine — 08.07.2013

Еще очень рано. Ставни закрыты, и в спальне совсем темно.
Слышно, как в кухне прабабушка колет ножом лучину для растопки самовара.

Прадедушка в зале шаркает валенками, подтягивает гирю больших часов на стене, и они отвечают: "кацУ-кацУ".
Спальня отделена от "залы" большой полукруглой аркой с тяжелыми портьерами оливкового цвета. Бабушка отодвигает портьеру. Она в платке: ходила на колонку, принесла два ведра воды.
Бабушка вглядывается в темноту:
- Проснулась? С добрым утром!
"Как спали?
Что во сне видали?"

Лучше бы не напоминала!
Во сне из-за кровати на меня прыгали собаки и кусали за живот.
- Мне плохой сон приснился.
- А ты ляжь на другой бочок - и другой сон приснится.

Ага, ни за что не повернусь лицом к собакам!

- У меня живот болит, меня собаки кусали!
- А ты ляжь на животик - он угреется и пройдет!

Бабушка это точно знает.
Я утыкаюсь носом в огромную квадратную подушку.
Нет, так не уснуть.
Смотрю на бабушку. Она заплетает тяжелую длинную косу, закручивает ее вокруг ладони, делает пучок. Рот у бабушки плотно сжат, из него торчат коричневые пластмассовые шпильки. Лицо ее тает, тает в темноте...

Вдруг - раз! - и включился день. Это дедушка открыл ставни. Дедушке меня не видно, а я вижу, как он стоит на улице, подняв голову, пристегивает каждую ставню большим железным крючком.

В доме светло и весело, спать больше невозможно, но бабушка не велит вставать, пока печка не нагрелась:
- Лежи, холоднО! - и уходит на кухню.

В окне за белыми тюлевыми занавесками - белый-белый день. По улице процокала рыжая лошадка, повезла сани. Я смотрю ей вслед и вижу под крышей огромную сосульку. Она похожа на перевернутый кремль из бабушкиного набора "Красная Москва".
Как я могла забыть про кремль? Я становлюсь одной ногой на подушку, другую ставлю на перекладину железной кровати, потом коленями на комод - ух, ты!


Нет, нового ничего не добавилось, всё тут знакомо, но как же я всё это люблю! Вот розовая перламутровая пудреница с синей бабочкой, она не открывается. А вот это - маленькая картонная коробочка с пудрой "Лебяжий пух", цена 10 коп. Если открыть и сильно выдохнуть в коробочку носом...Фу! Ну и противный же этот пух - летит прямо на комод, на белую вязаную салфетку - и видно, что пух у лебедей не белый, а розовый...
На комоде с обеих сторон овального зеркала - две узких высоких вазочки. Такие бывают только во дворцах царей и королей, потому что в вазочках - настоящие бумажные розы. Розы эти очень плотные и тугие, до самой серединки ни за что не докопаться.
А вот и кремль, но рядом - моя самая любимая вещь - вот эта!





Когда-то в ней был одеколон цвета лимонада, но она и пустая как хороша! Как будто из склеенных шариков. Сначала думаешь, что очень похоже на виноград - и тут же понимаешь, что гораздо красивее и винограда, и многого другого. Мимо пройти невозможно, чтоб в руки не взять...
-Ахг!
Я чуть не падаю с комода от неожиданности.
- НеслУшница! Наш пострел везде поспел! Ни на минутку тебя не оставить. Слезай аккуратно. Ишь, одумала! Бабуся только отошла - она уж на комоде!

В Туле сначала нужно одеться, а потом умыться: в доме по-прежнему холодно. Надеваю байковое платье - обязательно задом наперед: чтоб удобней застегивать пуговицы, которые на спине.
- Што ш ты, назад передОм!- смеется прабабушка. Она приносит мне нагретые на печке "валёшечки" - мои старые белые валенки; их нужно надевать в доме вместо тапочек, если сильный мороз.
Я люблю свои старые валеночки. Верх у них так истрепался и истончился, что уже почти прозрачный. Снизу пришита кожаная подошва. В них можно даже танцевать!
Над валенками не нужно думать, где правый, где левый. Если надевать их на любую ногу, то, по словам прабабушки, они "должЕй будут носиться".

Скоро завтрак, самовар поет. У бабушки хорошее настроение, она еще не видела рассыпанную пудру. Прошу бабушку спеть, и она начинает:
- Идёт кысанька из кухни...

Ну вот, так и знала! Эту песню без слез слушать невозможно! А бабушка продолжает:

- ...У ней глазоньки опухли.
Отчего ты, кыска, плачешь?
Как мне, серенькой, не плакать:
Повар пеночку слизал,
А на кысаньку сказал!

- Ы-ы-ы...- захожусь я искренним ревом. Что за страшная несправедливость! Как так можно, ненавижу повара!
Икая, пью из блюдечка горячий чай. Прабабушка пододвигает мне булочку-птичку, с глазами-изюминками. Отгрызаю от птички хрустящий поджаристый хвостик - всё! Спасибо, сыта!
- Не едУщая, не питУщая! Один чай побулЫндала. До обеду будешь голодная, - ворчит бабушка.

А мне просто некогда. Вокруг столько дел!

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив