Умер Багапш

kozlovski — 29.05.2011 Снова президент "независимой" Абхазии умирает в Москве. Очень странно, конечно, для несистемного человека испытывать по этому поводу личные чувства, но я их испытываю, и вовсе их не стесняюсь, потому что, увы, имею с Сергеем Васильевичем много общего.
Он был талантливым историком, которому пришлось уйти из науки в чиновничество. А это для историка (не знаю, как для других дисциплин, может быть так же, а может быть и по-другому) очень болезненно. Он оказался президентом страны совсем неожиданно. Человек, избравший для себя путь академического учёного, не может стать президентом страны. А вот Сергей Васильевич стал, сам того не желая, просто потому что был хорошим другом выдающегося археолога Владислава Ардзинбы, который так же, сам того не желая, стал политиком, а затем - президентом.
Абхазии очень повезло, что первые два президентства её независимости её президентами были крупные учёные-историки, которые воспринимали себя в первую очередь как учёные, а президентство в этих сложных условиях нёсшие как страшное обременение. Если бы было по другому, наверное мало бы что сохранилось от этой чудесной республики, которая ничуть не изменилась с тех пор, как её описал в своей великой книге "Повесть о жизни" Константин Паустовский.
Я помню во всех деталях своё знакомство с Сергеем Васильевичем. Я ожидал увидеть "марионетку Кремля", а увидел человека, прекрасно понимающего всю сложность своего положения, и пытающегося, не поступившись принципами (принципы бывают разные, но принципиальных людей тем не менее очень мало на свете) вести политику на гармоничное урегулирование этого ужасного грузино-абхазского конфликта. Год назад он говорил (попытаюсь воспроизвести максимально точно, насколько мне позволяет память):
- Вот стоят эти здания, мокнут, разрушаются. Мне Дмитрий Анатольевич Медведев говорит постоянно: "С точки зрения международного права их давно уже можно национализировать". А как мы их можем "национализировать"? Тут люди жили. Ну пусть они убежали в Грузию, но ведь они наши люди, жители Сухума, мы стараемся показать им, что они могут вернуться, и это будет означать, что война закончена. Ведь Абхазия - это многонациональное государство, для абхазов это родина, но и все остальные: русские, украинцы, грузины, армяне, евреи, греки, и другие могут чувствовать себя как дома.
Сергей Васильевич Багапш был вынужден идти на компромиссы, что было неизбежно в условиях реального окружения этой республики. Тем не менее, он оставался частью и символом той уже мифической социалистической Абхазии эпохи русской революции, которой уже реально не могло быть. Баланс между принципами и стремлением к сохранению своей страны, который впервые удалось наладить Нестору Лакоба, он стремился сохранить до последних своих дней. Редко где можно найти такой наивный, осознающий свою обречённость, но тем не менее до последнего сопротивляющийся романтизм.
Сергей Васильевич видел будущее своей маленькой страны в плановой экономике, экологической энергетике, мультикультурализме и социальной защите всех трудящихся, не взирая на их национальность. Дай Бог Абхазии, чтоб следующий её президент следовал тем же принципам.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив