стройбат добрый генерал

            Хозяйственная деятельность командования нашей части, звёзд с неба явно не хватала. Оно так и не сумело, приспособится, к новым условиям выживания. И пусть выдачу пищи практически  не прекращали. Столовая, принадлежавшая другой части. За всю зиму отказала в обслуживании всего на три дня и недели две выдавала только завтраки и ужины. В виду неуверенности в кредитоспособности нашей части. А вернее уверенности в неплатёжеспособности. С обмундированием руководство, похоже, потерпело полное фиаско. Его просто перестали выдавать в установленные сроки. В один из вечеров прибыв к месту постоянной дислокации. Мы с удивлением обнаружили возле части ЗИЛ и Уазик. Вокруг автомобилей топтались несколько солдат в лётной форме. Вдруг один из них, истошно заорал: «Смирно». И все они вытянулись в стойке, приложив руки к фуражкам. Того же что произошло  далее мы явно не ожидали. Навстречу нам вышел настоящий живой генерал. Важного вида, с лицом и глазами человека, не отдающего себе отчёта в происходящем. Он прошел мимо нас, не заметив, что никто не выполнил команду смирно и вообще не занял, какой либо вразумительной позы. Хлопнул дверцей уазика. После чего тот рванул с места, и удалился, ЗИЛ последовал следом. Войдя вовнутрь, мы обратили внимание на оживлённое движение в районе склада. Солдат, экстренно назначенный кладовщиком, поведал нам следующее. Сегодня проезжая по городу этот генерал остановил строй военных истребителей третей роты. И совсем не, потому что строй шел, толпой. Его несколько удивило, что половина личного состава в валенках, когда вторая половина была в сапогах. Вечером привёз к нам в часть пол грузовика сапог. Также новоиспечённый кладовщик посетовал: что ему необходимо срочно изыскать мешок цемента. Для того чтоб заделать дыру в стене склада. Пробитую, прошлой осенью, при последнем ограблении. Цемента так и не нашли. Сапоги раздали в тот же день. А склад остался зиять дырой. Наверное, в ожидании визита с гуманитарной помощью, следующего сердобольного генерала.

Казалось бы странная неадекватная  реакция, на незначительное нарушение уставной формы одежды. Если бы не одно обстоятельство: на  дворе стояло 11 ИЮНЯ 1999 года.

Остаётся только жалеть, что генерал не встретил это подразделение раньше. Потому что треть, военных истребителей до хаживали, до весны в гражданских фуфайках, которые сумели раздобыть на стройках. Может и на бушлаты бы оттопырился  от щедрот, душевных.