Страшные книги из школьной программы

avit-al — 13.07.2024

Попалась недавно статья в педагогическом журнале — что есть ряд жутких, травмирующих текстов в школьной программе по литературе. Которые современные школьники боятся даже открывать, лучше бы их убрать, заменив на Гарри Поттера«. Потому что из года в год учителям всё труднее преподнести эти тексты так, чтобы заинтересовать. Даже если произведение известное и вполне актуальное. В статье назывался ряд текстов, начиная с древнерусской литературы и заканчивая советскими романами 1970-80-х. Стала вспоминать — а что, правда в школьной литературе встречалось пугающее? Что мне не хотелось читать и мечталось из программы убрать?

Кроме эпизодов погрома и казни казаков в «Тарасе бульбе» Гоголя (это 7 класс!) — ничего не припоминаю. Ну, в 5 классе у нас было уже в учебнике «Житие святых Петра и Февронии», там есть элементы западно-европейского рыцарского романа, он, она и Дракон. Дракон обычный наш северо-западный ящер, но с ядовитой слюной, отчего князь покрылся язвами и спасла его ведьма, а он на ней сначала не женился и тогда снова язвами покрылся. Но это не очень страшное для нас было, для меня уж точно, моё поколение уже понимающее было, когда пошли войны на руинах СССР, видели по ТВ, как ребят чуть старше давят в Москве в августе 1991 и потом их хоронят. Нас ящерами и семейным хоррором не пробить было. Как и «Детством» горького — в хрестоматии оно было, но я-то уже знала, что автор многое выдумал)

Что ещё страшного нас заставляли читать? Из очень мрачных — «Любочка» Астафьева, история умственно отсталой девушки, которую изнасиловали и она потом бросилась под поезд. Но эта повесть правдива, она  бездушии и жестокости позднего Союза, когда малые и слабые становились жертвами наглых и сильных, а потом же их и делали виноватыми. «Сама дура виновата» — против этого повесть. Всё нужно, всё вовремя. 

Потом, уже в институте по русской литературе 20 века к экзамену студенты читали на выбор образцы «чернухи» 1990-х и шпора была следующая — проститутка Тоня, 40 лет, обнаруживает, что далеко беременна и решает назвать сына Никола — ни кола у него, ни двора. Потом ещё нам преподавательница советовала читать рассказ про шкаф, потому что в основе его — реальный случай в Орле 1930-х, мужик много лет прятался о ареста в шкафу. Но было можно читать и рассказать на экзамене другие тексты того периода, выбор давался огромный, это уже не школа)

Может, всё-таки проблема не в самих текстах, а в том, кто и как их преподносит, воспринимает? Потому что идея убрать тот-то ка травмирующее и потом изучать другие тексты, которые тоже потом могут начать восприниматься травмирующими — — не выход. Программа должна быть по возрасту, интересная, актуальная. Но эти эксперименты с актуализацией в СССР уже проходили, когда отказывались от классики, мол, это тексты помещиков, надо изучать модных пролетарских и крестьянских авторов. Сейчас их никто не помнит, этих молодых литераторов от сохи и от станка с бойкими псевдонимами. А они были в школьной программе. Не надо повторять ошибок столетней давности. Сейчас, конечно, сложнее — самые яркие и известные авторы оказались в РФ под запретом. но это проблема РФ, а не писателей. 

Оставить комментарий

Популярные посты:

cassius

Зачем нужны вклады с фиксированной ставкой

• Архив