Стихи неспокойных лет

franskoy — 30.11.2010

Коммунэра* о Предгубчека

Семён Родов

Ловко метила вражья рука:
убит офицером предгубчека.

Что радости? — Конечно, расстрел.
Но заговор, заговор цел.

И в полчаса собрался губком, —
Остановиться можно на ком?

Нужен товарищ теперь такой:
с добрым сердцем, с железной рукой.

И вот от губкома автомобиль —
пулей к слободке, вздымая пыль.

Но долго чекисты не могли узнать
кому от губкома приказ передать:

в сатиновой блузе небес голубей,
Николай разнопёрых гонял голубей.

И маленький Петя рот открыл
и хлопал в ладоши хлопанью крыл, —

редко баловал папа его,
приходя из райкома, завкома, ОНО.

Приказ. Прочёл. Ничего не сказал,
только сына поцеловал,

к поясу прицепил наган,
на кухне привернул водопроводный кран.

И в кожаном кресле всю ночь не заснул,
спокоен, угрюм и немного сутул.

А на фабрике ткацкой, по зову гудка,
другой предзавком заменил предчека.

Вот день проходит, и два, и три,
заговорщикам не видать четвертой зари.

След за следом — стежок за стежком,
и снова уверен и спокоен губком.

Из Туркестана привозят хлопок,
грязный и сбитый ватный комок,

чтоб после под зубьями сотен машин
текло полотно к аршину аршин.

Так и чекисты из хлопка секретных бумаг
ткали по нитке доклад о врагах.

Быть ткачом Николаю не вновь,
а если и новы, то смерть и кровь.

Узнал он немало бессонных ночей,
и шуткой казалась работа ткачей.

Бывали сомнения в душе предчека,
но никогда не дрожала рука.

Говорили, что он жесток,
что подписывать сотнями смерти он мог.

И только маленький Петя знал,
как его папа нежен и мал,

да редко, когда он бывал на дому,
голуби стаей слетались к нему,

и товарищи слали дружный привет,
когда мимо фабрики шёл он в обед.

1922

---

* коммунэра = коммунистическая эра

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив