Стейси Шифф. Вера (Миссис Владимир Набоков): Биография
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Удивительная женщина: ум, железный характер, направлявший безалаберного мужа ("Пошел вон!" - так, по легенде, Вера отгоняла Набокова от мусоросжигателя, в котором чуть не сгинула "Лолита") - и при этом полное отречение от себя самой во имя гения ВН. Набоков, с одной стороны, вел себя как махровый эгоист, искренне не замечающий (или принимающий как должное) усилия жены, а с другой - Веру-то он обессмертил; впрочем, в "Даре" (написанном, как известно, до, во время и после романа с Ириной Гуаданини) все это описано и предсказано.
Несколько любопытных фактов:
(47) В 1919 году женщины семейства Слоним ехали из Белоруссии в Одессу; шпалы, после того, как по ним проезжал паровоз, шли на топку. 17-летняя Вера проснулась от ругани какого-то петлюровца, напустившегося на другого пассажира-еврея. Вера встала и вступилась за попутчика; петлюровцы опешили и взяли Веру с родичами под свою опеку и даже известили Вериного отца (находившегося в Киеве) о маршруте семейства. До самой смерти Вера помнила украинскую песню, которую ей тогда спели.
(96-97) Вечер 9 мая 1934 года "Набоков со сводным братом Георгия Гесснена проводит за шахматной доской. Анна Фейгина тихонько уводит веру из дома. Ни один из четверых, присутствовавших в квартире на этой зеленой улочке близ вокзала Гогенцоллерндам в юго-западной части Берлина, понятия не имел, куда отправились женщины. предположительно на такси они проехали примерно милю на восток до Берхтесгаденер-штрассе, и там в частной клинике в одиннадцать утра после долгих, трудных и тяжелых родов Вера родила крупного мальчика".
(99) [Вера начала седеть лет в 25.] "Скорей бы уж вся поседела", - вздыхая, говорила она в 1948 году (...). "Люди подумают, что я женился на старухе", - возражал муж, на что Вера, глазом не моргнув, отвечала: "Глядя на тебя, не подумают!"
(186) "В Провиденсе Владимир превзошел Пнина: он прочел не ту лекцию. "Госпожа Пнина" взяла на себя ответственность за недоразумение: "Боюсь, в этом моя вина: во время подготовки я была нездорова и не записала предложенную вами тему", - объясняла Вера президентше клуба, выразившей в резкой форме свое неудовлетворение. (Тема лекции была выбрана Владимиром и явственно обозначена в письме из клуба, подтверждавшем согласие.)"
(189) Из воспоминаний одной студентки: "Он явно кокетничал, но неизменно с дурочками".
(192) Эндрю Филд в биографии Набокова приводит его заявление (со слов одной студентки, с которой VN более чем флиртовал): "Люблю женщин с маленькой грудью". Пометка Веры на полях: "Такого быть не может! Исключено для русского человека!"
(196) Когда Набоковы переезжали в Итаку, у них пропали ключи от нового дома, о чем Вера молчала до самой двери: повторение финала "Дара", как справедливо пишет Шифф. Дверь взломали и в доме обосновались; не так ли и Федор с Зиной?..
(199) "По велению сердца и за отсутствием альтернативы Вера приняла на себя роль шофера".
(204) "Многие, проходя мимо стоянки у супермаркета, оборачивались на Веру, которая, поставив в снег тяжелые сумки с продуктами, трусила за ключами, затем загружала багажник. Владимир при этом неподвижно, с отсутствующим взором сидел в машине. Аналогичная сцена наблюдалась и при переезда, когда Набоков шагал в новый дом с шахматами и маленькой лампой, а Вера ковыляла за ним с двумя увесистыми чемоданами".
(233) В Корнелле Вера неизменно присутствовала на лекциях мужа как его "ассистент" (то, что она еще и его жена, для многих было неочевидно). "Если тот ронял мел, она поднимала; если ему требовался номер страницы или цитата, она называла. (...) После занятий стирала с доски. Ждала у кафедры, пока Набоков отвечал на вопросы. Если он забывал очки, ей надлежало заняться розысками и доставкой: в ее отсутствие профессор с трудом читал по памяти". (234) "Теперь мой ассистент повернет доску обратной стороной!" - командовал профессор. "Теперь мой ассистент раздаст сочинения!" - "Быть может, мой ассистент отыщет мне эту страницу?" - "А сейчас мой ассистент нарисует женщину с овальным лицом - то есть Эмму Бовари - на доске!" (235) Когда Кристофер Пламмер исполнил в квазидокументальном фильме роль Набокова-лектора, Альфред Аппель (бывший студент ВН, позже набоковед) предложил взять на роль Веры Ванессу Редгрейв. (236) Студенты сплетничали, что Набоков "перед лекцией понятия не имеет о чем будет говорить, - да и не запомнит ничего из сказанного, - вот она и должна все записывать, чтобы потом он знал, что спрашивать на экзаменах". - "Он слеповат, а она ему как собака-поводырь, потому они вечно и ходят под ручку". - "Всем известно, что она - чревовещательница". - "У нее в сумочке - пистолет, она здесь, чтобы профессора защищать". (Кстати, в эмигрантской молодости Вера будто бы собиралась застрелить Троцкого и специально купила для этого браунинг.)
(239) "Он составил собственный словарь литературных терминов, куда входило: "параллельное вмешательство", "перри", "ход конем" [а как же Шкловский?], "фильтрующий посредник", "специфическая ямочка на щеке".
(259-260) Вера - М.Вишняку, 1955: "Я считаю Маккарти достаточно мелкой фигурой, раздутой до непомерности большевиками и их приспешниками специально для того, чтобы спрятаться за его спину. И, что более существенно, я нахожу, что не испытывать сочувствия ко всевозможным высказываниям - вряд ли политически искренним - против Маккарти, еще не значит быть сторонником Маккарти. Думаю также, что советские агенты, как и все приспешники коммунистов, должны быть изгнаны из руководства страной, что не всегда делается с желаемой скоростью или с желаемой компетенцией (...). В конечном счете, в определенных американских кругах теперь быть "за Маккарти" считается значительно более серьезным преступлением, чем передавать военные секреты советским агентам".
(261) "Русское слово "принципиальность" определяется в английском как "осознанная привычка соотносить любое дело, даже самое малое, конкретное или незначительное, с неким высшим абстрактным принципом".
(454-455) "(...) если ее цитировали, Вера чисто автоматически принималась тут же все отрицать. (...) Она возвела отрицание буквально в культ. Не уставала клясться, что ни единого слова не произнесла из того, что приписывает ей Бойд; отрекалась от пометок на полях, даже если те были выведены ее собственной рукой; до того дошла. что отрицала в беседе с одним репортером, что гордится успехами Дмитрия. На глазах у Аппеля Вера отнекивалась от слов, которые ему же говорила. (...) Чем ближе к правде, тем активней становились ее возражения, - это подметил Бойд, когда Вера пыталась отречься от своего сходства с Зиной Мерц" [на том основании, что "Зина - наполовину еврейка, а я - чистокровная!"]. Как показалось Бойду, Вера, "если б смогла, то стала бы отрицать, что "ты" в "Память. говори" имеет к ней отношение".
Перевод старательный, но не без заусениц - как стилистических, так и смысловых. Роман Эйн Рэнд "Недоумевающий Атлас" (с. 290) и т.д.