Стас Майонез

gmichailov — 16.04.2013 Стас Михайлов — это миф.
Собирательный образ, модель, которая работала еще задолго до его появления, правда, в телевизионной рекламе.
Это веселый антропоморф, разговаривающий майонез,
поющий маргарин, радостный бульонный кубик,
бравый Мистер Мускул, старательный стиральный порошок, который приходит на помощь к одинокой, несчастной, замученной бабе, сидящей у разбитого корыта. Муж идиот, пьянь и бесполезен в быту, от детей никакого толку, маленькая квартира, бигуди, лишний вес, мизерная зарплата, да еще и бесконечная уборка, готовка и глажка. Все не слава богу.
И тут появляется он — Стас Майонез, единственный, кто обратил на тебя, несчастную дуру, внимание, а ты сидишь и счастливо слушаешь. Ты просто забыла, что разговаривающий майонез существует, чтобы продавать майонез.
В реальности его нет. История Стаса Михайлова, как и всякий настоящий миф, имеет весьма нечеткие контуры, полна провалов и неточностей, а время, конкретные даты и события будто и вовсе не имеют значения: только повествование, детали как-нибудь потом. Связано это с тем, что вся биография Михайлова известна исключительно с его собственных слов и из немногочисленных интервью, которые он дает в основном только изданию «7 дней», и если в ней копаться, немедленно всплывают противоречивая информация и приукрашивания. Собирать сведения о нем приходится по крупицам, но элемент догадок все равно остается. И конечно, как и всякий российский миф, этот берет свое начало в загадочном и необъяснимом месте — в данном случае в Сочи, городе напрасных надежд.


Взгляд, жест, часы, Крест, рубашка на выпуск...
Все при нЕм...


Еще немного выдержек из статьи...

Стаса Михайлова в Сочи не любят. Здесь он оставил все, что не давало ему петь: чуждую работу, строгих родителей и первую жену с ребенком, которая занятие музыкой не любила. И если вы сегодня спросите первого встречного сочинца о том, помнят ли они времена, когда молодой еще Стас Михайлов пел в конце 90-х, то услышите везде одно и то же: «Да какой вообще Стас Михайлов, — и сразу после этого: — Вот Лепса да, конечно, помню». Сочинца Григория Лепса здесь еще помнят по фамилии Лепсверидзе, называют нежно «наш Гриня» или просто Гриша, и, упомянув Михайлова, вы всегда будете говорить о Лепсе и о том, насколько он лучше и грандиознее Михайлова. Лепс родился в Сочи на семь лет раньше Стаса Михайлова, в 1962 году, в семье заводских рабочих — отец трудился на мясокомбинате, а мать — на хлебозаводе. Окончил музыкальное училище по классу ударных инструментов, после армии работал на танцевальной площадке в центральном сочинском парке Ривьера, был солистом группы «Индекс 398», в начале 90-х стал настоящей звездой местных кабаков, а в 1992-м, в том же году, что и Михайлов, уехал в Москву. Рядом с гостиницей «Жемчужина», бывшей в советское время оплотом туристической империи Сочи, есть небольшой скверик и покосившаяся входная арка с вывеской «1.3.7» — ресторан давно закрыт, но местные до сих пор помнят, как послушать «нашего Гриню» сюда съезжались люди со всей страны. Любивший выпить и побалагурить Лепсверидзе в городе свой — таксист Рафан с придыханием расскажет, как в том году Лепс приезжал, помахал ему рукой и крикнул: «Привет, Рафан», а в 90-е, когда еще пил, угощал таксистов, дежуривших у «Жемчужины», и швейцаров вином: вместе немного распивал, уходил, а почти полную бутылку всегда дарил. В Сочи вам с радостью расскажут, как каждый раз, когда Лепс приезжает в город, где у него до сих пор живет много родственников, он накрывает поляну, зовет родню и знакомых и закатывает пир; обязательно упомянут, что его школьная учительница, которая выступала в «Пусть говорят», приходится кому-то родной сестрой, а многие знают его тетку. Бежан вспомнит, как Лепс гулял по улицам Сочи и со всеми здоровался, а Шота — как пел Высоцкого в ресторанах, кто-нибудь обязательно упомянет, как родная мать в молодые годы работала официанткой в ресторане «Каскад», где он когда-то пел, и всех, кого вы ни спросите про Лепса, связывают с ним родственные узы: близкие ли, дальние ли. Лепс свой, а Стас Михайлов — «адлерский», чужой.

Автор Егор Моставщиков



З.Ы. я всегда пытался найти определения этому явлению.
А тут такие сочные метафоры.
Прямо разбудили мою фантазию. Соленый сахар. Сладкая соль.
А если добавить Елену Ваенгу. То получится Кетчуп под майонезом))

Ваш Михайлов, но не Стас))

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив