Спасительницы

      На студенческих каникулах в 60году нас принуждали проходить производственную практику. В частности, она засчитывалась при работе проводниками вагонов железнодорожных поездов. Вот мы Толей и решили попробовать себя в этой ипостаси. Так два ленинградских маменькиных сынка студенты ЛИАП (Ленинградского института авиационного приборостроения), практически не знавших жестокости жизненной прозы, стали называть себя полупроводниками.

      Все началось с того, что при приемке вагона от предыдущих хозяев нам, лопухам, недодали кучу подотчетно-хозяйственного инвентаря, а из того, что втюхали, многое было неконвертируемым. При первой же поездке у нас еще из имущества что-то свистнули, и, наконец, вагон отцепили и затолкали в депо на ремонт …

      И вот мы там сидим,  охраняем оставшееся, читаем художественную литературу и подсчитываем насколько убытки больше нашей зарплаты. Вдруг к нам в вагон  вламывается электрик и возмущенно вопрошает – это куда мы задевали из-под вагона наш приводной ремень питающего генератора. Не иначе, для изготовления  неснашиваемых домашних тапочек? Пока мы пытались воспринять эту важную информацию, он нас изругал еще и за несанкционированную разрядку аккумуляторов на стоянке,  решительно их вырубил неоперативным выключателем, и столь же неожиданно  - исчез …

      Теперь уже мы сидим в кромешной тьме, не зная, плакать или наоборот – смеяться. Рассуждаем о том, как было бы хорошо, если у нас был бы фонарик на батарейках…

      Но вдруг, о чудо! На смежный путь подогнали другой состав. И из своей темноты и ничтожества мы видим: «две девицы под окном…». Светящиеся, кайфующие и благолепствующие. Тут же мы познакомились,  а они, как принято в России, нас пожалели. Тоже полупроводники,  но из «Института культуры» и,  как более опытные товарищи, всему-всему нас стали учить.  Как надо дрожащими губами…………………………………………….(а губы у них были для этого ой как приспособлены), так вот, дрожащими губами прыскать воду на б/у-простыню, затем, прижимая к сиденью, вхолодную отгладить, затем многократно свернуть, скомплектовав с неиспользованными полотенцами, положить в мешок, который зашить и, наконец, затем… подсунуть это произведение вторичной выделки пассажиру ночной посадки. Уф! Колоссальный бизнес!

       Объяснили, какой чай самый выгодный, сколько надо в него добавлять соды, чтобы он  был насыщенного цвета и как нелепо пользовать сахар в порционной упаковке, когда он, куда более дешевый и  не менее быстрорастворимый, продается в килограммовых пачках. И, самое главное, оказалось, что все наши недостачи могут быть резко снижены весьма простыми действиями и закупками. Даже замену украденного приводного ремня можно найти в хламе, надо лишь знать где и кому-что за все это отвалить.

     Кроме того, они нам объяснили, как и когда можно провозить зайцев, не опасаясь контролеров, кому и сколько давать на лапу, какой товар, откуда и куда надо везти для успешной спекуляции. Впрочем, последнее, как и другие грязные для того времени слова они, будущие профессионалы и проводники культуры,  тактично умудрялись не пользовать. Но именно от них мы узнали и совершенно секретные сведения о том, почему проводнику выгоднее быть мужчиной, чем женщиной.

      Об этом и подобном см. Петр Новыш «Разноцветные воспоминания»

 www.proza.ru/2010/01/09/225

     Так в течение нескольких дней  мы были обучены и мобилизованы на дальнейшие дерзания. Как могли, их отблагодарили, а когда  почувствовали, что эти девочки еще и довольно  милы, нежны и интеллектуальны, судьба не выдержала, и поезда развезли нас не без слез в разные стороны, увы, навечно …