Совместные молитвы и ересь экуменизма.

kiprian_sh — 09.03.2016 В последнее время в связи с известными событиями множество людей принялось выдвигать обвинение в ереси экуменизма в отношении лиц, участвовавших и участвующих в совместных молитвах с еретиками. Тема не новая. Несколько лет назад мне доводилось не раз обсуждать ее с так называемыми "истинно православными христианами" -- ушедшими в раскол бывшими членами РПЦ. И вот мне кажется актуальным (и потому уместным) кое-что сказать сегодня, опираясь на опыт тех дискуссий.
Что такое ересь экуменизма? Отвечу, основываясь на неотмененной после воссоединения с РПЦ анафеме Архиерейского Собора Русской Православной Церкви Заграницей 1983 года:
Нападающим на Церковь Христову и учащим, яко она разделися на ветви, и утверждающим, яко Церковь видимо не существует, но от ветвей и расколов, инославия и иноверия соединитися имать во едино тело; и тем, иже не различают истиннаго священства и таинств Церкве от еретических, но учат, яко крещение и евхаристиа еретиков довлеет для спасения; и тем, иже имут общение с сими еретики, или пособствуют им, или защищают их новую ересь экуменизма, мняще ю братскую любовь и единение разрозненных христиан быти: Анафема

Очевидно, что совместная молитва подпадает под эту анафему в том только случае, если означает признание верным осужденное учение. Но означает ли? Возможно. Но точно ли так? Достаточно ли нашей уверенности в этом, чтобы одно-значно прочесть ее как знак, имеющий еретическое значение? Как мы вообще узнаем, что значит знак? Мы можем знать значение знака только тогда, когда нам известно, во-первых, какое значение значение он имеет в прежде бывшем употреблении, или же, во-вторых, какое значение знаку придает тот, кто этот знак использует. Насколько мне известно, в Священном Предании Церкви не существует одно-значного понимания совместной молитвы как знака, означающего признание осужденного Собором 1983 года учения. Тогда нам остается только ждать судебного соборного разбирательства, которое и установит, является ли православный, принявший участие в совместной молитве с еретиками, подпадающим под анафему. То есть только суд может выяснить, что имел в виду участник совместной молитвы, что означало его действие, знаком чего оно было.
Потому что возможны два (как минимум!) понимания:
1. Сомолящиеся подразумевают, что совместная молитва означает (символизирует, указывает на, является знаком) единство веры, соделывающее сомолящихся членами одной Церкви.
2. Сомолящиеся подразумевают, что совместная молитва не означает единства веры в первом смысле (то есть, имеющееся единство не достаточно для того, чтобы считать себя членами одной Церкви.
Отсюда, исходя из того, что именно подразумевал участник совместной молитвы, мы и можем судить о том, знаком чего является эта совместная молитва. Потому мы здесь должны строго следовать 13-му, 14-му и первой части 15-го правила Константинопольского двукратного Собора 861 года, которые гласят:
15. Что определено о пресвитерах и епископах и митрополитах, то самое, и наипаче, приличествует патриархам. Посему, аще который пресвитер, или епископ, или митрополит, дерзнет отсупити от общения со своим патриархом, и не будет возносити имя его, по определенному и установленному чину, в Божественном тайнодействии, но прежде соборанго оглашения и совершеннаго осуждения его, учинит раскол: таковому святый собор определил быти совершенно чужду всякаго священства, аще токмо обличен будет в сем беззаконии.

Повторю, совместная молитва, вне зависимости от подразумеваемого самими сомолящимися, не может, на мой взгляд, означать сама по себе ничего, что может нами быть интерпретируемо одно-значно, т.к. не может быть предметом одно-значной интерпретации извне. Она остается не ересью, а каноническим преступлением, и ответственность за нее возможна не "прежде соборнаго изследования и разсмотрения".

Теперь о сказанном в анафематизме относительно общения с еретиками. Понятно, что здесь имеется в виду не совместная молитва, а евхаристическое общение, которое как раз и означает единство в вере, позволяющее считать участников евхаристического общения членами одной Церкви. Так понималось прежде, да и сегодня, согласно соборному документу РПЦ:
Единство церковное находится в неразрывной связи с Таинством Евхаристии, в котором верующие, причащаясь Единого Тела Христова, подлинно и действительно сочетаются во единое и кафолическое тело, в таинстве любви Христовой, в преображающей силе Духа. «Ведь если «все от одного хлеба приобщаемся», то все одно тело составляем (1 Кор. 10,17), ибо Христос не может быть разделяем. Поэтому и телом Христовым называется Церковь, а мы ― отдельные члены, по пониманию апостола Павла (1 Кор. 12, 27)» (св. Кирилл Александрийский) (http://www.patriarchia.ru/db/text/418840.html).

Вот в данном случае у нас есть основания следовать второй части 15-го правила:
Впрочем сие определено и утверждено о тех, кои, под предлогом некоторых обвинений, отступают от своих предстоятелей, и творят расколы, и расторгают единство Церкви. Ибо отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осужденныя святыми соборами или отцами, когда, то есть, он проповедует ересь всенародно, и учит оной открыто в церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым епископом, прежде соборнаго разсмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитимии, но и достойны чести, подобающей православным. Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучителей, и не расколом пресекли единство церкви, но потщились охранити церковь от расколов и разделений.
________________________________________
* Очень важно понимать, что здесь, с одной стороны, ответственность распространяется и на монахов и мирян (т.е. лиц, не имеющих священного сана), но, с другой стороны, им дается право следовать второй части 15-го правила.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив