Социализм

botyaslonim — 13.01.2024

Есть некие рассуждения о судьбе левых в нынешнем веке.

Всё больше прихожу к выводу, что о таком наименовании, как "левый" или "социалист" лучше всего забыть. Не потому, что идеи французских идеалистов, английских политэкономов или Фейербаха с Гегелем себя изжили, отнюдь. Да и Маркс с Энгельсом актуальны как никогда. Но последние десятилетия настолько перегрузили изначальные понятия лишним контекстом, что переломить восприятие этих терминов, вернуться к "чистому пониманию" (почти что "ленинским нормам") представляется невозможным.

Деградация понятия "левый", конечно, состоялась не сама по себе. Обеспечить её было главной заботой буржуазных правительств. Как именно это происходило, очень хорошо разобрано в двух последних книгах Бориса Кагарлицкого (признан иноагентом) "Между классом и дискурсом" и "Долгое отступление". Всем интересующимся историей вопроса горячо рекомендую.

К чему мы пришли сейчас? Если рассматривать самые широкие культурные штампы, которыми оперируют массы? "Левый" скорее всего означает "идиот", "слабоумный" или "подонок и предатель".

В Европе левые это "экологи" (в скобках, потому что скорее мечтают избавить Землю от человечества как такового), защитники неконтролируемой миграции, противники атомной энергии. Также левые правительства наиболее яростно поддерживают конфликт на Украине, постоянно подливая масла в огонь войны. В США левые, то есть часть Демпартии, это самая отбитая фракция по поиску угнетённых групп, их позитивной дискриминации. Та самая "повесточка", которая уже отравила великую американскую культуру. В Латинской Америке левые правительства, приходя к власти после разорения правыми правительствами, неизменно проваливают свою работу, вновь уступая места правым.

В России огромная часть левых на поверку оказалась красконами. У нас, конечно, немного особая ситуация: чисто исторически "консерватизм" – это симпатии к СССР, стране, которая большую часть времени могла считаться социалистической. Оттуда же большинство наших культурных кодов, мемов, понятий. Этим и пользуются консерваторы, редиски – "красные снаружи, белые внутри" – используя за-советскую риторику, фактически поддерживая современное буржуазное правительство. Достаточно произнести только имя Гоблина-Пучкова, и все понимают, о чём речь.

Какая бы ни была история деградации левого движения в каждой стране, итог везде один: те, кого в широком дискурсе сейчас принято считать "левыми", нигде и никогда не способны привести свои общества к революции. Чаще они соглашаются на относительно удобную роль спарринг-партнёра для настоящих властвующих группировок. Иногда им кажется, что они, следуя идеям Грамши, через культуру меняют реальный расклад сил, но вся неолиберальная контрреволюция показывает, что эти планы бесплодны.

Но дело не только в плохих лидерах и конформистах в рядах партий. Победы левых в XX веке не дают ещё смириться с тем, что сам классический социализм в глубоком идейном кризисе.

Социализм – развитие капитализма, гегелевским языком "снятие". Классический канон социализма предполагает просвещение масс, борьбу рабочих за свои права, перехват политической повестки, смещение правительств, переход собственности под народный контроль, изменение перераспределения благ от её использования. Но в современных обстоятельствах он должен быть подвергнут критике: хотя бы потому, что после 60-х годов ни у кого не получается построить социализм. Рецепты начала XX века уже к его концу безнадёжно устарели.

А кроме того, весь мир сейчас сталкивается с огромными вызовами, ломающими стереотипы.

Во-первых, это демографический переход и депопуляция, которая затронула уже большинство стран. Классический капитализм развивался в условиях "резервной армии труда" (по Марксу) и позднее выноса производств туда, где она ещё сохранилась (после Второй мировой войны). Сейчас мы пришли к ситуации, что в обозримом будущем нигде больше дармовой рабочей силы не будет. Разве что в чёрной Африке, и то большой вопрос, на сколько её хватит. В целом на планете рабочих рук будет меньше. А потом ещё меньше.

Во-вторых, планета стала единым информационным полем. Как бы ни старались правительства оградить свои народы от влияния иностранных источников, для проникновения идей достаточно совсем маленькой щели в заборе. По большому счёту, сила просвещения больше не является фактором революционного подъёма масс. Никому больше нельзя открыть глаза на буржуазное угнетение: все и так всё понимают. Достаточно подписаться на Инстаграм (признан экстремистской организацией) какой-нибудь звездульки (помните, как в ковид кто-то в Лос-Анджелесе плакался, что заперт на своей вилле с бассейном, мол, выйти нельзя?) и сравнить её жизнь со своей. Кстати, закон заставляет нас писать в скобках пояснения про некоторые западные соцсети, но читать то мы их продолжаем благодаря VPN.

В-третьих, и это тоже очень важный фактор, мотивация делать революцию иссякает для значительной части людей. Развитие промышленности и технологий достигло такого уровня, что всё население Земли может быть легко накормлено и одето. Мы это и наблюдали в ковидную эпидемию: из-за того, что значительная часть населения оказалась заперта дома, никто не стал умирать от голода (кроме стран чёрной Африки). Народам достаточно лишь немного пошуметь, и что-то дадут поесть. Плюс неограниченный доступ к развлечениями через интернет, и уже не все готовы рисковать своим положением ради эфемерного счастья в будущем. Это кардинальное изменение ситуации по сравнению с XIX и XX веками, где нищета и голод были реальностью для огромных масс даже в самых передовых странах.

В-четвёртых, в отличие от времён СССР, сейчас нет лидера социалистических преобразований. Нет примеров, нет поддержки, нет руки помощи. С КНР чем дальше, тем больше понятно, что это просто ещё один империалистический хищник, причём несуразно развитый: с огромной производящей экономикой, но с пустой, бесплодной идеологией и с околонулевым культурным влиянием. Мираж коммунизма над пустыней Гоби, который многие от отчаяния принимают за единственную надежду планеты.

В-пятых, в очередной раз назревает смена понимания, что такое человек вообще. С одной стороны, мы на пороге создания искусственного интеллекта. Люди в эпоху модерна осваивали всё более сложную технику, вычислительные машины. С их помощью даже побывали на Луне. Но до последних лет никто не ставил под сомнение, что главную интеллектуальную работу выполняет сам биологический человек. И вот изобретение ChatGPT и им подобных вызывает шок и страх. Также массовая информатизация буквально в каждый дом принесла бесконечное количество наглядной информации о самом разном проявлении человеческого: от порнографии и продажи подобных услуг по подписке до военного снаффа с отрываемыми прямо в прямом эфире конечностями. От подпольной жизни богачей до записи автомобильных аварий. Люди постоянно смотрят на себе подобных во всяких необычных обстоятельствах. То, что раньше скрывали или о чём знали лишь профессионалы, теперь везде.

Ещё многие левые мыслители обескуражены поведением верхушки. Здесь опять ковид открыл настоящую бездну, а военные события последних двух лет лишь углубляют её. Как оказалось, политики могут принимать волюнтаристские решения, которые не только обрушивают веками складывавшийся механизм равновесия в буржуазных обществах, попирать самые основные права граждан, но и совершать такие же безумные шаги в отношении бизнеса, интересы которого, по классическому канону, они и поставлены защищать. В историю вернулась авторитарная, грубая политика, основным топливом которой, как кажется, являются не интересы экономических групп, а чисто иерархические и властные разборки. Такой лёгкий ренессанс феодализма. Левые откровенно не знают, как трактовать то, что не замечать уже невозможно.

Наконец, под вопросом варианты политического действия масс. Левая политика всегда опиралась на народ, на объективный интерес большинства, который правые всячески пытались залакировать: то ксенофобией, то "классовым миром", то патриотизмом или религией. Идея классических партий явно умирает. Также большие сложности с прямой координацией между членами общества: распространение интернета нам всем отлично показало, что технологии связи люди чаще используют для вражды между собой по малозначительным поводам, чем для договорённостей ради своих долгосрочных целей. Возможно, будущее за сетевыми оффлайновыми социалистическими структурами на манер некоторых религиозных, либо за небольшими орденами, которые смогут сконцентрировать волю и ресурсы и повлиять на политику своих стран. Но опять же, это противоречит базовой социалистической идее о равном доступе всех к управлению своей жизнью. Гораздо больше вопросов, чем хотя бы минимально правдоподобных ответов.

Так что если смотреть в будущее из нынешнего тупика, то мы скорее стоим перед рубежом переизобретения социализма, переоткрытия Маркса, Ленина, других мыслителей. А скорее всего, появятся новые лидеры, которые с обновлёнными идеями найдут выход. Классическое разделение на левых и правых канет в Лету. Новый этап обязательно будет иметь новые культурные атрибуты. Тем, кто считает себя социалистом, коммунистом, необходимо сейчас искать такие новые идеи, придумывать новые культурные формы, а не горевать до скончания дней на пепелище давно сгоревшего дома Социализма первой версии.

Оставить комментарий

Популярные посты:

thurinus

Куда движется IT в 2026 году: главные тренды

• Архив