О сколько нам открытий
чудных
Готовят просвещенья
дух
И Гений [парадоксов]
друг
И Опыт [сын] ошибок
трудных
[И Случай, бог
изобретатель]
Это всё. Перемаранная
рукопись не содержит цельного текста. Она не датирована. Ее
датируют концом 1829 года и связывают со знакомством в это время
Пушкина и П.Л.Шиллинга - изобретателя телеграфа и тибетолога.
Шиллинг познакомил Пушкина с Иакинфом Бичуриным. В результате было
принято решение о совместной поездке в Китай. Но на эту просьбу
Пушкина царь наложил вето.
Однако к концу 1829-началу
1830 гг. происходят еще два важных события, связывающие Пушкина с
наукой. Это выход "Илиады" в переводе Гнедича и знакомство Пушкина
с египтологом И.А.Гульяновым. О вернувшемся в Россию Гульянове ему
в 1829 г. сообщает Чаадаев, причем он пишет, что немцы надели на
Гульянова египетский венец, поскольку он-де выиграл у Шампольона.
Пушкин заинтересован в египетской теме. С Гульяновым он
познакомится в 1830 г. Таким образом, тут целых три научных
события. И вот теперь смотрим на сами стихи.
Ум и Труд с прописной -
откуда они? Весьма вероятно, что эти фигуры связаны с масонскими
символами. Треугольник с глазом внутри - символ огня и просвещения,
циркуль и угольник - символы труда, созидания. Неслучайно Ум и Труд
заменяются впоследствии "духом просвещенья". Это от
масонства.
Опыт - сын ошибок трудных.
Слово "сын" в рукописи есть. Но есть и вариант "Опыты веков". То
есть, под трудными ошибками Пушкин имеет в виду не индивидуальные
ошибки частного человека, а ошибки, составившие опыт всего
человечества за протекшие века.
А вот с Гением намного
затейливее. В рукописи слово "парадоксов" зачеркнуто как
неподходящее. Парадокс - вообще непушкинское слово. В Словаре языка
Пушкина, том 3, 291, оно встречается вне конъектуры только один раз
- в заметке о Карамзине: "...Кстати, замечательная черта. Однажды
начал он при мне излагать свои любимые парадоксы. Оспоривая его, я
сказал: «Итак, вы рабство предпочитаете свободе». Карамзин вспыхнул
и назвал меня своим клеветником. Я замолчал, уважая самый гнев
прекрасной души". То есть, парадоксы Карамзина в данном контексте
Пушкин не считает проявлением творческого гения, он не восхищается
Карамзиным за то, что тот предпочитает рабство свободе, да еще
называет его, Пушкина, клеветником. Парадокс для Пушкина - род
чудачества, странный ход мысли, который можно и нужно оспоривать.
Пушкин просто не знал, что делать с Гением. Об этом говорят
варианты "Гений ... друг", "Гений - просвещенья друг". Парадокс в
его научном понимании - явно вне пушкинского языкового и
мировоззренческого узуса. Оно подошло по размеру, но было замарано.
И совершенно неясно, что там могло бы быть. Пушкин не пришел к
решению. Зато реконструкторы текста введением этого слова в текст
сразу делают Пушкина провидцем науки 20 века и соавтором
телеведущего Капицы. Это, конечно, забавно.
Наконец, случай. У Пушкина
Случай изначально "слепец", "изобретательный слепец". Слепой случай
стал человеческим образом некоего слепца. Кроме того, слепец еще и
"отец", то есть, старец. И тут мы вспоминаем, что есть такой
слепец, о котором поэт думал как раз в 1829-1830 гг. Это Гомер,
автор только что вышедшей "Илиады". В 1830 г. Пушкин напишет "Крив
был Гнедич поэт, преложитель слепого Гомера", а в другом
стихотворении - "старца великого тень чую смущенной душой". Отсюда
эта двойная ассоциация - слепой случай как слепец и Гомер как
"отец, изобретательный слепец". Однако последний известный вариант
исключил слепца и сделал Случай то ли "богом-изобретателем", то ли
"богом, изобретателем". Богом, разумеется, в античном смысле,
кем-то вроде Гермеса.