
Про буквари, финики и косточки

«Не выплёвывай финиковую косточку!» — угрожающе
предупредил меня заголовок письма. Это я зашла почту проверить, а
там внезапно про финики.
Будто знают, что буквально вчера я читала про финики в татарском
букваре начала ХХ века. А накануне пила чай с финиками и мама в
очередной раз вспоминала, что у бабушки Амины были чётки из
финиковых косточек.
Ну, раз уж так всё совпало, надо записать.
Финиковая пальма в татарском букваре «Бүлəк» («Подарок») 1912 года:

Это знаменитый букварь, изданный в 1912 году в типографии Харитонова. Его автором был сам Иван Николаевич Харитонов, владелец типографии, книгоиздатель, которого называли «татарским Гутенбергом». Он знал татарский язык, создавал новые образцы арабо-татарских шрифтов, издавал книги на татарском, в его типографии печатались многие татарские газеты и журналы. На красочной обложке букваря «Бүлəк» значилось: «Харитон бабай. Балалар ечен беренче элифба» («Дедушка Харитон. Первый букварь для детей»).
Сам букварь я никогда не листала, хотя знала, конечно, о его существовании. А про финиковую пальму прочитала в статье «Визуальный ряд татарского букваря начала XX века: содержание и характеристика», авторы которой отмечают, что финики на пальме — довольно экзотический рисунок для татарского букваря начала ХХ века. Но при этом более понятный и знакомый, чем, к примеру, циркуль или велосипед.
«Финики («хөрмə») и другие сухофрукты, как известно, ценились татарами очень высоко и были любимым, но дорогим и изысканным лакомством. Они считались райским фруктом («җəннəт җимеше»): казанские татары не выкидывали даже косточки от фиников — они шли на изготовление чёток».
Именно такие чётки из финиковых косточек запомнила моя мама. Они лежали в верхнем ящике комода её бабушки (моей прабабушки) Амины. В детстве маме нельзя было их брать, но позволялось разглядывать и иногда трогать. Конечно, они не сохранились. Я нашла картинку в интернете, мама говорит, похоже:

Маленькая мамочка моя с бабушкой Аминой:

Мой самый любимый снимок — мамочка подсела к бабушке Амине и старается быть на неё похожей, складывая пальцы в замочек. Амине тут около 60 лет, в год, когда родилась внучка (моя мама), она похоронила среднего сына, а десятью годами ранее умер её муж. Старшая дочь вышла замуж и уехала из Казани, Амина жила с младшим сыном (моим дедом) и его семьёй.
Покажу ещё страничку букваря с пальмой:
и обложку:
Есть ещё связи-параллели: типография Харитонова несколько лет
находилась в здании Александровского пассажа (1896-1907). Мой
прадед Гимад и прабабушка Амина тоже жили в пассаже, но позже, уже
при советской власти прадед получил там квартиру на втором этаже. А
с Харитоновым Гимад был знаком ещё до революции — в типографии
Харитонова печатались книги, которые он писал и переводил, и
газеты, в которых он работал. В энциклопедии Tatarica про
типографию пишут: «заказчиками-издателями выступали
Г.Ибрагимов, Ф.Халиди, А.Максуди, Ш.Ахмеров,
Г.Нугайбек, Ш.Шагидуллин,
издательства «Гасыр», «Магариф», «Сабах», «Юл», «Миллят», татарские
издатели из других городов». Да и буквари прадед тоже
составлял.
Чуть не забыла про финиковую косточку из письма!
Это рассылка издательства «МИФ», призывающая купить книгу «Мифы
Северной Африки»:
«У кабилов есть поговорка: «Человек не может пошевелить кончиком пальца, не попав им в духа-хранителя». Вопреки превратностям истории, народы Северной Африки всё ещё живут в своём поэтическом мире, где древнейшие и более поздние верования складываются в яркую мозаику.
В этом мире мудрая Муравьиха учит людей сельскому хозяйству, ёж «произошёл» от очень маленького человека, выплюнутая финиковая косточка может попасть в существо из «знойного пламени» — джинна, — а в небе отражены изумрудные горы».

«То, что наш мир кишит джиннами, хорошо описано в «Сказке о купце и духе», которая начинается с того, как купец случайно убил ифрита, выплюнув финиковую косточку. Ифрит приблизился к купцу и сказал ему: «Вставай, я убью тебя, как ты убил моего сына!» «Как же я убил твоего сына?» — спросил купец. «Когда ты съел финик и бросил косточку, она попала в грудь моему сыну, и он умер в ту же минуту».
Пойду-ка я ещё фиников куплю. Я всего лишь на четверть татарка, но без чая не могу, а финики к чаю самое оно, главное, косточки не бросать))
|
</> |
