Про 90-е

capuchinka_451 — 20.10.2023 Попалось несколько упоминаний, как тяжело люди выживали.

Мне же повезло совершенно безбедно пройти эти времена.
Я закончила школу в 88-м, и года три, пока училась в Бауманке и в ней же работала, наша семья, можно сказать, каталась вообще как сыр в масле. Не потому, что были какими-то богатеями - нет, но четверо взрослых зарабатывающих людей (родители и двое выросших детей), все работали в центре и что-то подкупали в центральных магазинах, когда ехали к себе домой на пролетарскую окраину. Как щас помню, могла после Бауманки прокатиться на Таганку за печеночным паштетом и на Боровицкую за багетом. А около Бауманки у нас был магазин Океан, там тоже всегда что-то вкусное можно было купить. Дефицита как такового мы не заметили. Конечно, не сравнить с сегодняшним изобилием, но все основное было. Это Союз на излете.
Начиная с 91-го я уже плотно погрузилась в церковную жизнь (только сейчас дошло, что это, конечно, тоже было связано с распадом страны, а не только с личными травмами и исканиями - такой выбрала психика способ отключиться от происходящего). По прошествии многих лет негативные воспоминания растворились (наконец-то), и я вспоминаю только хорошее. Материальные потребности мои были сведены к нулю (я же была христианкой), поэтому никаких проблем их удовлетворить не возникало. У меня почти не было одежды, например, хотя считала себя модницей, смешно). Иногда у папы появлялись деньги, и он, пока не умер в 96-м, пару раз что-то покупал мне, а что-то попадалось в секондах, и иногда в церкви давали гумпо. Мне хватало. А поскольку мы постились всей семьей, то недостаток мяса, если и был, не замечали. Наоборот, казалось, что мы очень хорошо едим - готовили изобретательные постные салатики по рецепту Донского монастыря, где я тоже работала (да где я только не работала), какие-то баклажанные вкуснющие запеканки осенью, а на Пасху я обожала яичницу с колбасой).
Мало того, у нас и племянница родилась в 94-м - без отца. Вырастили! Сейчас уже окончила институт с красным дипломом, работает аналитиком в международной корпорации, зарабатывает кучу денег).
И почему-то совершенно не ощущалась материальная беспросветность, о которой все говорят, хотя сейчас понимаю, что жили в нищете. Но теплая квартира с водой и электричеством были, еда, одежда тоже. Помноженные на абсолютную непритязательность, все это вкупе давало ощущение защищенности и достатка. Вот такой парадокс. В консерваторию я ходила, один раз даже ездила на юг (с подругой жили у ее родни на балконе)), и пару раз на север по монастырям. В миссионерские походы ездила! И ведь все-таки, это была моя молодость, и другой у меня не случилось. Провела я ее в церкви, почему бы и нет). Я очень тяжело работала, и всегда, когда была возможность заниматься чем-то кроме невыносимой работы в больнице, ощущала себя очень счастливой - а это в моем случае было пение в церковном хоре и время с подругой, когда мы бродили по центру летней Москвы босиком по лужам или сидели у нее дома на Покровке, болтая про все на свете.
А тоталитарный мрак, которому меня подверг мой духовник, больше не вспоминаю. В церковь приходила не к нему, а к Богу, и все, что мне в церкви Он дал - мое на веки. Счастье петь на клиросе, приобщаться к древним текстам, трепетать от паремий Великой Субботы - все это мое, и ничьи грязные ручки меня этого лишить не в состоянии. Тем более, с прошествием лет и появлением новых деталей, пазл сложился, и стало предельно ясно, кто же именно меня так ненавидел, подсев на лесть спецслужб и возомнив себя властителем человеческих судеб. Спецслужбы к тому времени мы уже знаем, кем управлялись. А когда нас ненавидят ОНИ, значит мы все правильно делаем.

Последний год перед катастрофой (когда меня выгнали из церкви) запомнился особенно счастливым. Я училась в институте, изучала древние языки, и была невероятно счастлива, несмотря на продолжающуюся огромную нагрузку на работе. И вот помню - август. Мы приехали из байдарочного миссионерского похода, где я чуть не сдохла). Москва, мама с сестрой и племянницей на даче, я отполировала и разобрала квартиру, из-за чего она стала сразу просторная и, подсвеченная боковым августовским светом, атмосферная такая, что ли). Походный от ветров отек рожи прошел, лицо превратилась в загорелую веснушчатую юную точеную рожицу, у меня бежевая летняя юбка сафари, ярко-белый топик, красный, теплого оттенка, вязаный из хлопка кардиган и коричневые кожаные босоножки и сумка из Греции (подруга привезла). Господи, я себя ощущала невероятной красоткой! И невероятно счастливой! Здорово сейчас вспоминать).

Ни в коем случае не отрицаю опыта других людей, а у меня он был вот такой.

Потребителя из меня, откровенно сказать, до сих пор так и не вышло. Не знаю, может, выглядит как очередное кокетство, но я же аутист, мне можно).

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив