Потерянное

mimoshel — 20.07.2012 Пару месяцев назад в редакцию приходили родители 20-летнего парня, который пропал. Оставили объявление с фотографией, просили опубликовать – вдруг его кто где видел. Родители с ним в последний раз разговаривали, когда пацан на учебу уехал. Отец его, военный, с женой в редакцию приходил. Женщина держалась еще более-менее, а военный, видно было, сильно волновался – когда протягивал лист с распечатанным портретом сына и номерами телефонов, куда сообщать хоть какие новости, руки тряслись, говорил сбивчиво. Сына через пару дней нашли мертвым – повесился в лесу на ветке в 500 метрах от военчасти, в которой жил. Тогда же и выяснилось, что парня год назад из универа отчислили, и ни на какую учебу он в тот свой последний день не уезжал.

Потом обращались подруги пропавшей 22-летней девушки. Говорили отрешенным голосом. Чуяли неладное. Компания отдыхала в ночном клубе. Под утро девушка сорвалась, пошла куда-то. Звонила бывшему молодому человеку, ворошила прошлое, грозилась самоубийством за то, что тот ее слышать не хочет. Села в такси, отправила ему еще несколько СМС, потом пропала. Ее тело нашли в реке очень далеко от Иркутска.

Потом звонили однокурсницы 24-летней студентки. Когда она уезжала из общаги, обмолвилась, что отправляется отдыхать с кем-то на Байкал. Не сказала, с кем, теплых вещей не взяла, даже не переоделась. Тело выловили в районе Братска. Это несколько сотен километров в противоположную от Байкала и Иркутска сторону. Осанки опознавала тетка пропавшей. Тетка и передала бабушке, что единственной внучки больше нет. Других родственников у девушки не было. Род прервался.

Недавно другие звонили. Искали пятнадцатилетнюю школьницу. Безумно красивую. Через три года она стала бы королевой мира, потому что с такими внешними данными рождается одна на миллион. Наши читатели в комментах до последнего скрещивали пальцы, чтобы девушку нашли живой. Она пропала, когда пошла от бабушки домой через промзону в городе Усолье-Сибирском. Коллега, который родом с тех краев, сразу сказал: «Дело гиблое, раз через промзону одна пошла – там пиздец». Нашли мертвой в реке сегодня. Следственный комитет написал, что «на теле уже были видны изменения». Значит, утонула примерно тогда же, когда родные сообщили о пропаже. Следов насильственной смерти на разлагающемся теле не нашли. У матери шок, отчим ничего говорить не хочет.

Это только те случаи, что озвучены в СМИ.

Я могу опубликовать новость о пропавшем подростке/девушке. Могу разместить фотографии потеряшек. Могу стереть комментарий «Сама, шлюха тупорылая, по первому зову пальчиком в крутую тачку к незнакомом чуваку прыгнула». Могу потом одобрить новость корреспондента о том, что очередное тело нашли в такой-то реке или в таком-то лесу.

Но я не хочу больше слышать голос родителей, которые звонят с просьбой разместить объявление о пропаже чада в надежде, что это поможет найти ребенка живым. Я не хочу больше смотреть в глаза этим родителям, которые и так прекрасно понимают, что ребенка уже нет, но они все еще надеются, что он просто в загуле. Современные дети не уходят в загул, они умирают.

Я не понимаю людей, родившихся 15-20 лет назад. Осуждаю их без намерения понять, осуждая по умолчанию. Потому что разумных оправданий для любых их действий не нахожу. Мы в их возрасте от проблем не вешались и не топились. Мы бухали. Мы думали так: «Если я себя сегодня кончу, то завтра не выпью с пацанами. Поэтому ну их нахуй эти ваши лезвия и веревки». Мы жили завтрашним днем. Современные дураки живут днем сегодняшним. И он думают не глубже, чем «Я в данный момент в данном месте».

Мне кажется, самая большая проблема представителей современной молодежи заключается в том, что не все ее представители «стали более лучше одеваться».

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив