Почему я не демократ

alexandr_rogers — 28.06.2017 Вчера ходил на закрытие сезона в «Политкафе».
Выступал Максим Шевченко. Кроме всего прочего, долго рассуждал о «народовластии» и некоей «народной демократии», которая будет отличаться от западной демократии.

А я не демократ. И все эти демагогические разговоры о построении «правильной демократии» меня иногда смешат, но всё чаще уже просто раздражают. Потому что чаще всего это просто голый популизм, а говорящие сами не понимают, о чём говорят.

Впрочем, давайте последовательно. Формат «Политкафе» не дал мне возможности провести развёрнутую дискуссию, а только задать один вопрос, на который я так и не получил внятного ответа. Зато в публикации я могу осветить свою позицию гораздо подробнее.
Для удобства она будет разделена на ряд взаимосвязанных постулатов.

1. Демократия ВСЕГДА вырождается в олигархию. Примеров масса, начиная с Древней Греции и Древнего Рима, где тот же Гай Юлий (Цезарь) массово скупал как голоса плебса для избрания себя консулом, так и примитивно покупал поддержку различных чиновников (в том числе так называемых «народных трибунов») для продвижения нужных ему решений.
И заканчивая современными США и Францией, где правительства и президенты раз за разом меняются, но не могут изменить проводимую политику, потому что олигархический истеблишмент связывает их по рукам и ногам. В результате «социалист» Олланд проводит ту же империалистическую политику по отношению к Мали и ЦАР, что и «правые» президенты. И Обама не может закрыть Гуантанамо и вывести войска из Ирака и Афганистана, хоть и обещал это, а «изоляционист» Трамп точно также втягивается в войны на Ближнем Востоке, хотя кричал о том, что США нечего там делать.
Лица меняются, а система остаётся неизменной. И какой толк в таком случае с «сменяемости власти» и «демократии»? Никакого. Наоборот, олигархам проще смещать неугодных/неудобных президентов через выборы и майданы.

2. Демократическая власть строится на манипулировании массами и обмане, а «тирания» бывает достаточно открытой и честной. Но на этом пункте я не буду настаивать.

3. У России есть чёткий исторический пример конкуренции «авторитарной» формы правления Московского княжества и «демократической» (вечевой) Новгородской республики. Практика показывает, что Новгород всегда проигрывал.
И это несмотря на то, что Москва была защитным буфером, отделявшим и защищавшим Новгород от Орды.
Неэффективность вечевой демократии можно видеть в том числе на примере того же Александра Невского. Он выигрывал для Новгорода битву за битвой, кампанию за кампанией, вёл грамотную внешнюю политику – но его раз за разом изгоняли. В результате Новгород не только лишался грамотного управленца и полководца, но и не мог придерживаться какой-то долгосрочной стратегии развития.
Практика показывает, что централизованное «авторитарное» государство почти всегда выигрывает в конкурентной борьбе у «демократии». И зачем нам выбирать неконкурентоспособную форму управления?

4. Вся история Руси свидетельствует, что всё время своего существования Россия подвергалась почти непрерывной внешней агрессии. Волна за волной, с перерывами только на «зализать раны» и накопить силы для новой агрессии.
Поэтому общество в России всегда было вынужденно милитаризированным, для самозащиты. А в милитаризированном обществе должен соблюдаться армейский принцип единоначалия, иначе оно попросту будет завоёвано и прекратит своё существование.
Россия – это Империум Людей из Вархаммера-40К. Не «Град На Холме», а «Крепость Осаждённая».
И сейчас агрессия Запада никуда не делась, поэтому я не вижу оснований для пересмотра этого принципа.

5. В подтверждение предыдущего утверждения, историческая практика показывает нам, что всех своих крупных успехов, побед и достижений Россия добивалась в периоды максимальной централизации – при Иване Великом, при Иване Грозном, при Петре Первом, при Екатерине Второй и при Иосифе Сталине.
И наоборот, каждое усиление «боярства» приводило к различным вариантам «Смуты».
Аналогичные примеры можно приводить и в истории других стран.

6. Всё это прекрасно объясняется в классических трудах товарища Гегеля. Более того, Гегель развёрнуто показывает, что слабое государство приводит к произволу корпораций (это было справедливо для того времени, и тем более актуально для современности, когда международные корпорации с наднациональным капиталом достигли невиданного могущества).
И если даже авторитарное государство обычно сковано законами, процедурами, и системами сдержек-противовесов, то корпорации не скованы ничем, даже этикой. И чем слабее государство, тем страшнее произвол корпораций, которым одиночный человек не может противопоставить практически ничего (пример Марвина Химейера предельно показателен).
Именно поэтому большинство классических либералов со временем стали социалистами-этатистами, сторонниками сильного государства нового типа (социалистического), где интересы народа будут превалировать над интересами любых элитных группировок или корпораций.

7. Сейчас ряд исследователей пишет о том, что противоречие «корпорации против государства» снимается (тоже по-гегельянски) созданием социального государства-корпорации. Именно социального, потому что в ином случае оно теряет легитимность и поддержку населения, а значит, теряет право на существование.

8. Я выскажу простой тезис: социальность государства важнее его демократичности. Потому что если демократическое государство служит интересам крупного финансового капитала и корпораций в ущерб интересам подавляющего большинства населения, как это происходит сплошь и рядом на Западе, то грош цена всей этой формальной «демократии».

9. Климат России более суров, чем во многих других странах, расстояния огромны, а значительная часть территории вообще считается непригодной для жизни. Поэтому административные и управленческие решения и структуры, подходящие для каких-нибудь мягких средиземноморских стран нам объективно не подходят.

Вывод: Россия, чтобы оставаться эффективной и жизнеспособной, должна быть
а) централизованной (но при этом федеративной, чтобы реализовать условия для мирного сосуществования всего множества живущих в ней народов и культур);
б) этатистской (государственнической);
в) социальной (социалистической).
И практика показывает, что после разброда и хаоса девяностых она постепенно (и возможно вполне спонтанно, по наитию) приходит именно к этому, естественному для неё формату.

P.S. А поскольку Максим Шевченко так и не ответил, чем его «своя демократия с преферансом и женщинами с пониженной социальной ответственностью» отличается от западной, то я и дальше буду НЕ демократом.
Ибо демократия – это процедура. И в текущем формате эта процедура априори коррумпирована и ущербна. А альтернативной «демократической» процедуры никто предложить и расписать не может.
Поэтому ниубидил. За Империум и Бога-Императора!

Опубликовано https://jpgazeta.ru/aleksandr-rodzhers-pochemu-ya-ne-demokrat/

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив