о вещах

kmartynov — 04.06.2011

Сартр обьясняет статус человека через его отличие от вещей. Вещь всегда является какой-то конкретной вещью, вещью, имеющей свойства. Но о человеке такого сказать нельзя. Человек будет тем, кем он сам себя сделает в течение своей жизни - экзистенциалисты верили в ничем не ограниченную трансцендентную свободу.

Вещи в итоге получают статус загадочных хранителей нашего прошлого, потому что мы меняемся, а они годами остаются на своих местах. Четче всего это прослеживается в традиционных вещах-символах, таких как украшения или книги. Где сегодня обручальное кольцо Ольги Злобиной, которая передала его мне - своему правнуку - за два года до смерти? И что значит эта цепь даров, в результате которых оно оказалось на своем сегодняшнем месте. Пять лет назад мне казалось хорошей идеей сделать из его старого советского и дешевого золота два новых обручальных кольца. Но не сложилось. Не до того было, а в будущем - сегодняшнем настоящем - для этого, казалось, есть много времени. Даже слишком много.

Я живу в окружении книг, и это создает разнообразные психологические эффекты предвкушения чтения, вины за недочитанное, мысленных иерархий текстов, их пространственной организации. Самое интимное предложение, которое я могу сделать человеку, - это предложение расставить вместе книги. Я не расставлял их много лет, мне было не с кем. Восторг первооткрывателя требует быть разделенным. Есть много книг, которые являются вещественными памятниками разных частей жизни, людей, дней и настроений. Напротив моего рабочего места стоит "история Японии" в дешевой обложке. Эта ничем не примечательная работа рвется в самый центр моих воспоминаний, вгрызается в плоть настоящего, выворачивает ее наизнанку. В невыносимых днях я пытался защищать то, что любил. И купил эту книжку в магазинчике у дома в спешке, на бегу, чтобы той, кто ее читала, не было так больно.

Но помимо этих стандартных вещей-прошлого существует и вовсе странное. В конце 2007 года в результате самоотверженной экономии я купил стиральную машинку. К ней в подарок дали большую упаковку порошка. И вот месяц за месяцем я черпаю этот порошок мерной емкостью, и он остается все тем же, хотя времена и люди давно изменились, утекли мимо, превратились в иллюзию. Упаковка стирального порошка - чуть ли не единственная вещь, напоминающая мне о вязкой реальности прошлого.

Самое трудное в этом, невозможное и ранящее, - всерьез понять, что ничего больше не будет как прежде. Ничего не повторится, что бы там не говорил, не моделировал Кьеркегор. Разрушение - это не только морщины на твоем лице, это человеческая невозможность быть теми же людьми, после всего, что случилось.

Но фиксация этого невыносимого не будет последним шагом. Приняв это, мне нужно смотреть пристальнее в пасть времени. Я хочу сохранять агональное состояние.

Опубликовано с помощью приложения LiveJournal для Android.

Оставить комментарий

Популярные посты:

cardemua

Как обшить баню внутри вагонкой своими руками — пошаговая инструкция и советы экспертов Rodno

ru_royalty

Ищете работу?

gvenvivar

МЕДЛЕННО НО ВЕРНО

dok_zlo

то, что встречается при гастроскопии и пугает пациентов.

matveychev_oleg

Отец Пиара

fishmanual

Искусство зимнего блеснения щуки: от поиска до уверенной поклевки

new_rabochy

Ништяки из мира Добра

masterok

Китайский контракт на строительство Панамского канала признан неконституционным

kwakin_misha

Минутка этнографии

• Ранее
• Архив