Новый Меламп

lucas_v_leyden — 19.05.2012       Историки обычно бывают дурными предсказателями, но в этом случае милая Клио нашептывает мне что-то уж слишком убедительное, так что я берусь обещать газетные заголовки ближайшего будущего: «Операция прошла успешно»; «Кремлевский врач: гемоглобин падает»; «Президент работоспособен как никогда» etc
      Двадцать первый век (вернее сказать, прошедшая его доля) оказался богат на скоропостижные смерти не слишком пожилых диктаторов – едва закатилось, говоря приличествующим слогом, солнце над Туркменией, как уже чем-то таким повеяло в Северной Корее (Венесуэле, по всей вероятности, приготовиться). Всем перечисленным гражданам около шестидесяти, что существенно меньше, чем было принято жить у предыдущей генерации властителей: Мао умер, когда ему было 83 года; Пол Пот – семидесяти четырех лет от роду; Сталин – имея крепко за 70. Думаю, что если б маршал Конев не подправил линию жизни его берлинскому коллеге и приятелю, то он (вегетарианец и фанатик здорового образа жизни) мог бы с ним посоперничать в мафусаильстве. Между тем, как мне кажется, этот парадокс объясняется тем, что, вопреки чрезвычайным успехам медицины, в наше время приобретает значение малосущественный прежде параметр: нарядившись на время в перипатетическую тогу (и умыкнув термин у Шопенгауэра), я б назвал его резонансом овеществляемых воль.
      Не нужно становиться бытовым мистиком в шапочке из фольги, чтобы верить в то, что ненависть, пробуждаемая в тысячах людей, скверно влияет на лицо, являющееся ее объектом. В обычных условиях, применительно к политикам, она имеет свойство во-первых, уравновешиваться за счет обожателей и, во-вторых, она, как правило, дискретна – ибо проклинающие разобщены и асинхронны. Иное дело ныне – когда через час после особенно выразительной эскапады властвующего недоумка десятки тысяч читателей одномоментно думают «когда же чорт возьмет тебя» - и, взятые вместе, эти невидимые, но внятные эманации с силой потока бьют – что твои бета-лучи – прямо под ложечку верховному фигляру. Под мягкий перестук горячего, на полпути к холодному маленькая клетка где-то в державном чреве, чуть содрогнувшись, делится раз, два, четыре – и, как ее прародитель, не хочет уходить с поста.
      Удивительно, конечно, как наш нынешний правитель умудрился профукать все щедрые дары, преподнесенные ему судьбой: насколько умным, тонким, вменяемым и энергичным он казался в первый свой срок (или это уже меркнущая память под шумок наводит свой вечный глянец?). По моим ощущением, лет 5-7 назад с ним произошла вдруг резкая деградация – и, покачавшись немного в нерешительности, он сделался в несколько лет последовательным и злейшим врагом нашей несчастной родины – выплачивая дикие контрибуции кавказским царькам, последовательно понижая зарплаты учителям и ученым, кромсая от живого тела любезного отечества целые куски и раздавая их соседним государствам, сделав телевидение рассадником порока, наладив безрецептурную продажу наркотиков в аптеках и открыв границы для переброски их из Средней Азии, превратив бедную мою Россию в международное посмешище – и ради чего? Миллиардов долларов на счетах? Снисходительного похлопывания по плечу от бывших дворовых хулиганов, а ныне швейцарских нуворишей? (Для подростка с таким лицом и характером детские унижения могли оказаться чересчур живучими). Хорового краснознаменного оргазма в Лужниках?
      С каждым годом этот попахивающий тленом за версту полуразвалившийся (несмотря на все усилия косметологов) гражданин становится все жальче и смешнее – ибо, когда правитель, вместо того, чтобы высечь непокорное море, пытается вымогнуть с него взятку, грозя закрытием – это анекдот уже не в ксенофонтовом, а в самом современном смысле. Пуская своих эсесовцев гоняться по бульварам за детьми, сокращая несчастные мигалки (охота возиться с цацками!), назначая себе советником брата по разуму, он как будто специально рвется полакомить будущих историков выразительными деталями – но невыносимое чувство сострадания, неприязни и стыда дарит своим компатриотам и современникам – как бывает при взгляде на пьяного растелешенного инвалида-колясочника в военной форме, колобродящего в метро.
      Клио ведет нас дальше – и через сумятицу нескольких месяцев агонии, цветистых некрологов, подковерных движений и громогласных элоквенций – мы видим внесрочные выборы, нового президента (хорошо, фамилия его на К., но это последняя уступка вам, маловеры. Не Каспаров!), нового премьер-министра, падение на биржах, рост на биржах, арест Голиковой, Нургалиева, Сеславинского; роспуск ФСБ и решительные реформы в МВД; самолеты, забитые вороватыми, хамоватыми, нагловатыми, спасающими свою шкуру и деньги; по телевизору сплошь «Лебединое озеро» и разговоры о высоком; дозволено курить на улицах; можно не брить бороды; при всяком музыкальном случае жарят увертюру… впрочем, это уже из соседствующих мечтаний. Но к чорту подробности – листай страницы, муза! Пятьдесят, сто, двести лет спустя, майский день, двое пятнадцатилетних подростков. «Слушай, ты не помнишь, а этот был у нас, звали его Гроб-с-Карманами, как его фамилия? Мутин? Сутин?» «Нет, Сутин это художник был примерно в то же время, а этот… нет, не помню. На и чорт с ним, экзамен еще через неделю. А пошли лучше…» А вот куда они пошли я сказать не могу, поскольку крылатая гостья упархивает от меня, оставляя наедине с полной чернильницей и пустыми белыми листами.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив