НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230113-143603 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230113-143603](/images/main/nezakonniy-sholohov-c6d3ae.jpg?from=https://i.ibb.co/0XTDRTF/20230113-143603.jpg)
Прочитал книгу Прилепина о Шолохове. Потрясающая судьба у человека – сплошной триллер, хоррор и детектив с эротическими эпизодами. Как выжил? – непонятно.
Коротко.
Незаконнорожденный, «усыновлён» собственным отцом. В девять лет едва не ослеп. Из-за вечного безденежья отец переводил его из одной гимназии в другую – где подешевле. В 17-ть Шолохов хотел доучиться на рабфаке, не взяли – происхождением не вышел и не комсомолец.
Прилепин: «Для казаков - он не казак был. Для купцов – не купец. Для мужиков – не мужик. Но и для большевиков не свой».
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105424 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105424](/images/main/nezakonniy-sholohov-9a9c14.jpg?from=https://i.ibb.co/mzy7qWz/20230115-105424.jpg)
Недолго учительствовал в сельской школе. Работал грузчиком, каменщиком, счетоводом. После учёбы на продкурсах в Ростове, был направлен в станицу Букановскую. Продинспектором.
Из продинспекторов Шолохова погнали. Арестовали даже – не уберёг с товарищами от бандитов собранный хлеб.
Шолохов: « Два дня ждал смерти… Жить очень хотелось…»
Семнадцать лет ему тогда было.
1923 год - первая публикация: фельетон «Испытание» в газете «Юношеская правда».
1965-й – лауреат Нобелевской премии.
На 75-летний юбилей, на родине писателя был открыт дом-музей и памятник.
При жизни.
Подробнее.
В 1927 году Михаил Шолохов закончил работу над первой книгой «Тихого Дона». На тот момент ему было двадцать два. Вторая книга романа-эпопеи была готова через год.
Завистники тут же определили Шолохова в плагиаторы – присвоил чужую рукопись и доработал.
Специальная комиссия авторство Шолохова доказала.
Потом были новые обвинения в плагиате и новые экспертизы, доказавшие подлинность его рукописей. Почти пятьдесят экспертиз.
А потом к Шолохову пришла мировая слава. И проблем у писателя стало больше.
Некоторые он сам себе устраивал.
Закрутил роман с Евгенией Хаютиной-Ежовой. С женой Николая Ежова - всемогущего наркома внутренних дел страны советов.
У Шолохова и без того хватало врагов, а тут он будто нарочно льву в морду поганую метлу сунул и пошерудил.
Чудом избежал гибели – завербованный НКВД убийца предупредил писателя о покушении. Шолохов спас свою жизнь в кабинете Сталина. Ценил его вождь за талант и прямоту.
В 1929 году «Тихий Дон» перевели в Германии и Франции. В 1930 – в Чехословакии. В 1934-м – в Англии и в США. Затем пойдут переводы на польский, шведский, голландский, японский… В тот год «Тихий Дон» переведут почти на двадцать языков. Общий тираж романа по всему миру перевалит за миллион экземпляров.
К этому времени Шолохов в стране советов практически официально писатель номер два – первый после Горького.
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105510 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105510](/images/main/nezakonniy-sholohov-7bd2af.jpg?from=https://i.ibb.co/dWV5N0v/20230115-105510.jpg)
Работу над романом «Поднятая целина» начал параллельно с работой над продолжением «Тихого Дона». Писал Шолохов в станице Вёшенская и часто прерывал работу – ходоки шли к нему за помощью.
Светлана Шолохова (дочь писателя): «К нему тогда, в тридцатые годы, в голод, шли, потому что больше не к кому было. Вроде он всё может. Уже тогда так думали о нём…»
Молодой советской власти был очень нужен хлеб для страны и для армии. Любой ценой.
О перегибах коллективизации писатель знал. Мог отмахнуться и переждать людскую беду в своём новом и хлебосольном доме…
Не отмахнулся.
В марте 1933 года Шолохова пишет Сталину о том, как именно в Вёшенском районе во время хлебозаготовок было добыто 593 тонны хлеба:
«В Наполовском колхозе уполномоченный РК Плоткин при допросе заставлял садиться на раскалённую лежанку. Посаженный кричал, что не может сидеть, горячо, Тогда под него лили из кружки воду, а потом «прохладиться» выводили на мороз и запирали в амбар. Из амбара снова на плиту и снова допрашивают. <�…>
В Архиповском колхозе двух колхозниц, Фомину и Краснову, после ночного допроса вывезли за три километра в степь, раздели на снегу догола и пустили, приказали бежать к хутору рысью. <�…>
В Варваринском колхозе секретарь ячейки Аникеев и <�…> ряд работников
агитколонны, командиром коей был кандидат в члены бюро РК Пашинский, при допросах в штабе колонны принуждал колхозников пить в огромном количестве воду, смешанную с салом, с пшеницей и керосином.
В Ващаевском колхозе колхозницам обливали ноги и подолы юбок керосином, зажигали, а потом тушили: Скажешь, где яма? <�в которой спрятан хлеб> Опять подожгу!
В этом же колхозе допрашиваемую клали в яму, до половины зарывали и продолжали допрос. <�…>
В Верхне-Чирском колхозе комсодчики ставили допрашиваемых босыми ногами на горячую плиту, а потом избивали и выводили, босых же, на мороз».
Знал отец народов про эти зверства? Теперь точно знал.
Из письма Михаила Шолохова редактору издательства «Московский рабочий» Евгении Левицкой:
«Я мотаюсь и гляжу с превеликой жадностью. Гляжу на всё. А поглядеть есть на что. Хорошее: опухший колхозник, получающий 400 гр. хлеба пополам с мякиной выполняет дневную норму. Плохое: один из хуторов, в нём 65 хозяйств. С 1-го февраля умерло около 150 человек. По сути – хутор вымер. Мёртвых не заховывают, а сваливают в погреба. Это в районе, который дал стране 2 300 000 пудов хлеба. В интересное время мы живём! До чего богатейшая эпоха!..»
Через месяц Шолохов пишет отцу народов ещё одно письмо.
«4 апреля 1933 г. Вёшенская.
т. Сталин!
Вёшенский район, наряду со многими другими районами Северо-Кавказского края, не выполнил плана хлебозаготовок и не засыпал семян. В этом районе, как и в других районах, сейчас умирают от голода колхозники и единоличники; взрослые и дети пухнут и питаются всем, чем не положено человеку питаться, начиная с падали и кончая дубовой корой и всяческими болотными растениями. Словом, район, как будто, ничем не отличается от остальных районов нашего края. <�…>
Товарищ Овчинников громит районное руководство и, постукивая по кобуре нагана, даёт следующую установку: «Хлеб надо взять любой ценой! Будем давить так, что кровь брызнет! Дров наломать, но хлеб взять!»…
<�…> C 20 декабря по 1 января из 1500 коммунистов было исключено более 300 человек. Исключали, тут же арестовывали и снимали со снабжения как самого арестованного, так и его семью. Не получая хлеба, жёны и дети арестованных коммунистов начинали пухнуть от голода и ходить по хуторам в поисках подаяния.
Исключение из партии, арест и голод грозили всякому коммунисту, который не проявлял достаточной «активности» по части применения репрессий. <�…>
То, что применялось при допросах и обысках, никак нельзя было назвать перегибами; людей пытали, как во времена средневековья и не только пытали <�…>
Было официально и строжайше воспрещено остальным колхозникам пускать в свои дома ночевать или греться выселенных. Им надлежало жить в сараях, в погребах, на улицах, в садах. Население было предупреждено: кто пустит выселенную семью – будет сам выселен с семьёй. И выселяли только за то, что какой-нибудь колхозник, тронутый рёвом замерзающих детишек, пускал своего выселенного соседа погреться.
1090 семей при 20-градусном морозе изо дня в день круглые сутки жили на улице. Днём, как тени, слонялись около своих замкнутых домов, а по ночам искали убежища от холода в сараях, в мякинниках. Но по закону, установленному крайкомом, им и там было нельзя ночевать! Председатели сельских советов и секретари ячеек посылали по улицам патрули, которые шарили по сараям и выгоняли семьи выкинутых из домов колхозников на улицы. <�…> Сплошной детский крик стоял над проулками. Да разве же так можно издеваться над людьми? <�…>
Число замёрзших не установлено, т.к. этой статистикой никто не интересовался и не интересуется; точно так же, как никто не интересуется количеством умерших от голода. <�…>
Продовольственная помощь, оказываемая государством, явно недостаточна. Из 50 000 населения голодают никак не меньше 49 000.
<�…> Пошлите в Вёшенский район доподлинных коммунистов, у которых хватило бы смелости, не взирая на лица, разоблачить всех, по чьей вине смертельно подорвано колхозное хозяйство района, которые по-настоящему бы расследовали и открыли не только всех тех, кто применял к колхозникам омерзительные «методы» пыток, избиений и надругательства, но и тех, кто вдохновлял на это.
Обойти молчанием то, что в течение трёх месяцев творилось в Вёшенском и Верхне-Донском районах, нельзя. Только на Вас надежда».
Сталин ответил на письмо Шолохова телеграммой «молния»:
«Ваше письмо получил пятнадцатого. Спасибо за сообщение. Сообщите о размерах необходимой помощи. Назовите цифру. Сделаем всё, что требуется».
И сделали.
Потом была большая война.
23 июня 1941 года Шолохов отправил срочную телеграмму наркому обороны СССР маршалу Тимошенко: «Дорогой товарищ Тимошенко! Прошу зачислить в фонд обороны СССР присуждённую мне Сталинскую премию первой степени. По Вашему зову в любой момент готов стать в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии и до последней капли крови защищать социалистическую Родину».
К Сталинским ста тысячам рублей Шолохов добавил ещё пятьдесят из личных накоплений.
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105613 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105613](/images/main/nezakonniy-sholohov-fbbb18.jpg?from=https://i.ibb.co/kQf6Swg/20230115-105613.jpg)
Главный писатель страны советов стал военкором газет «Правда» и «Красная звезда». Часто был на передовой. В одной из фронтовых командировок его самолёт разбился при посадке. Командир погиб, у второго пилота был сломан позвоночник, Шолохов выжил чудом.
Сталин лично просил писателя не лезть на рожон и начать работу над новым романом о Великой Отечественной.
Шолохов ответил вождю, что сначала закончит работу над очерком и потом начнёт думать о романе.
Очерк «Наука ненависти» будет напечатан в «Правде» 22 июня 1942 года. Следом в «Красной звезде», затем отдельной книжицей его напечатают Воениздат и библиотека журнала «Огонёк»:
«И если любовь к Родине хранится у нас в сердцах и будет храниться, пока эти сердца бьются, то ненависть всегда мы носим на кончиках штыков».
А потом главные газеты СССР стали публиковать главы из романа Шолохова «Они сражались за родину».
Так правдиво про первые дни войны из советских авторов тогда не писал никто.
После контузии, полученной в авиакатастрофе, Шолохов регулярно обследовался в Кремлёвской больнице. В больничном коридоре он встретил свою Лилю. И влюбился. Ему было 43, ей 18. Лиля Степанова была моложе старшей дочери Шолохова на четыре года.
Из семьи писатель не ушёл. Свой роман пытался скрывать. Но разве тут скроешь?..
Лиля Степанова забеременела.
В 1951-м их незаконнорожденный первенец умер. В 1952-м Лиля родила снова. Мальчика назвала Михаилом. В честь отца. Думала привязать к себе Шолохова. Насовсем. Не вышло – у писателя даже в его книгах только жёны уходили. А куда казаку из семьи? «У него – дом. Он в нём хозяин».
Дом Шолохова в станице Вёшенская разбомбили немцы. Мать писателя погибла под той бомбёжкой.
После войны Шолохов начал строить новый, но денег ему не хватало. Поиздержался – стране помогал и конкретным людям. Десяткам людей.
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105525 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105525](/images/main/nezakonniy-sholohov-2dcb62.jpg?from=https://i.ibb.co/PGG2tcp/20230115-105525.jpg)
Когда главным писателям СССР начали строить дачи в Подмосковье, Шолохов отказался, попросил помочь достроить дом в станице.
Вопрос решался на уровне ЦК ВКП(б).
В 49-м Шолоховы справили новоселье. Дом обошёлся почти в миллион рублей. Академия наук СССР выделила 360 тысяч на то строительство.
Шолохов долго выплачивал долг.
В сентябре 55-го писателя принудительно лечили от алкоголизма – выпивал в день две-три бутылки коньяка. Лечиться Шолохов отказался. Месяц полежал под капельницами, вышел из клиники и снова ушёл в жестокий запой.
В 1955 общий тираж книг Шолохова составил почти 21 миллион экземпляров. По количеству переводов на иностранные языки он тоже первый. Но писать, как раньше уже не мог – видел, сам себе проигрывает. И почти не писал.
Прилепин: «Прежние слова ушли, а новые, пожалуй, оказались и не нужны больше».
Годом раньше, на Втором всесоюзном съезде советских писателей Шолохов круто прошёлся не только по своим коллегам вообще, но и по Александру Фадееву и Константину Симонову в частности. Себя тоже не забыл, сравнил с заржавевшим патроном: «...тут не раз говорили о «литературной обойме». О пятёрке или десятке ведущих писателей. А не пора ли нам, товарищи, пересмотреть свой боеприпас? <�…> Не пора ли нам освободить обойму от залежавшихся там патронов, а на смену им вставить новые патроны, посвежее? <�…>
В жизни бывает так, что был писатель ведущий, а теперь он уже не ведущий, а стоящий. Да и стоит-то не месяц, не год, а этак лет десять, а то и больше, - скажем, вроде вашего покорного слуги и на него похожих. Вы понимаете, товарищи, такие вещи не всегда приятно говорить про самого себя, но приходится: самокритика».
В 1956-м, после ХХ съезда партии, на котором Хрущёв выступил с докладом о культе личности Сталина, Шолохов задумался: «если мы нагребли вокруг себя такое количество трагедий, подлости, неправды – в чём тогда заключалась наша правота?»
Председатель правления союза писателей СССР Александр Фадеев через три месяца после того съезда застрелился.
В 1974 году, за десять лет до смерти Шолохова, общий тираж его книг составил 53 миллиона 237 тысяч экземпляров.
Его романы и повести читали во всём мире, фильмы по его книгам били кассовые рекорды в СССР и брали международные призы.
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105725 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105725](/images/main/nezakonniy-sholohov-fffb62.jpg?from=https://i.ibb.co/VNmcdXc/20230115-105725.jpg)
Первый том «Они сражались за родину» Шолохов писал уже после войны.
В 1969-м книга была готова вчерне, но публиковать новые главы из романа не торопились. Генеральный секретарь партии Леонид Брежнев лично редактировал рукопись. Вымарал из шолоховского текста всё, что касалось репрессий.
При Сталине Шолоховским романам было посвободнее. В 1943-м газеты «Правда» и «Красная звезда» без купюр публиковали главы из второго тома «Они сражались за родину».
Прилепин:
«Шолохов и Леонид Леонов <�в своих книгах> угадали: Советская власть вместилась в одну семидесятилетнюю человеческую жизнь. Результаты революции передать оказалось некому – у неё не было наследников».
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105704 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105704](/images/main/nezakonniy-sholohov-e79d1f.jpg?from=https://i.ibb.co/0KQdLZ6/20230115-105704.jpg)
В 1983-м, за год до смерти, Шолохов сжёг черновики первого и третьего томов романа «Они сражались за родину».
Прилепин:
«Это, конечно же, был жест великого человека и мастера.
Ничего лишнего остаться не должно. Нужно блюсти чистоту. <�…>
Набоков оставил недописанный роман. Хемингуэй оставил недописанный роман.
А Шолохов – нет».
![НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105800 НЕЗАКОННЫЙ ШОЛОХОВ 20230115-105800](/images/main/nezakonniy-sholohov-1a046a.jpg?from=https://i.ibb.co/xCVDFR8/20230115-105800.jpg)
Шолохов: «Всю жизнь всё мы чего-то ждём, да так и умираем, не дождавшись самого главного. А может умирание и есть «самое главное?»
|
</> |