Немцы о начале войны

stalist — 03.07.2017 Вспоминает унтер-офицер Гельмут Колаковски: "Поздним вечером наш взвод собрали в сараях и объявили: "Завтра нам предстоит вступить в битву с мировым большевизмом". Лично я был просто поражен, это было как снег на голову, а как же пакт о ненападении между Германией и Россией? Я все время вспоминал тот выпуск "Дойче вохеншау", который видел дома и в котором сообщалось о заключенном договоре. Я не мог и представить, как это мы пойдем войной на Советский Союз".

Приказ фюрера вызвал удивление и недоумение рядового состава. "Можно сказать, мы были огорошены услышанным, - признавался Лотар Фромм, офицер-корректировщик. - Мы все, я подчеркиваю это, были изумлены и никак не готовы к подобному".

Но недоумение тут же сменилось облегчением избавления от непонятного и томительного ожидания на восточных границах Германии. Опытные солдаты, захватившие уже почти всю Европу, принялись обсуждать, когда закончится кампания против СССР.

Слова Бенно Цайзера, тогда еще учившегося на военного водителя, отражают общие настроения: "Все это кончится через каких-нибудь три недели, нам было сказано, другие были осторожнее в прогнозах - они считали, что через 2-3 месяца. Нашелся один, кто считал, что это продлится целый год, но мы его на смех подняли: "А сколько потребовалось, чтобы разделаться с поляками? А с Францией? Ты что, забыл?" Но не все были столь оптимистичны.

Эрих Менде, обер-лейтенант из 8-й силезской пехотной дивизии, вспоминает разговор со своим начальником, состоявшийся в эти последние мирные минуты. "Мой командир был в два раза старше меня, и ему уже приходилось сражаться с русскими под Нарвой в 1917 году, когда он был в звании лейтенанта. "Здесь, на этих бескрайних просторах, мы найдем свою смерть, как Наполеон", - не скрывал он пессимизма... Менде, запомните этот час, он знаменует конец прежней Германии".

В 3 часа 15 минут передовые немецкие части перешли границу СССР. Немецкие солдаты о советских солдатах Захват Брестской крепости был поручен 45-й пехотной дивизии вермахта, насчитывавшей 17 тысяч человек личного состава. Гарнизон крепости - порядка 8 тысяч. В первые часы боя посыпались доклады об успешном продвижении немецких войск и сообщения о захвате мостов и сооружений крепости. В 4 часа 42 минуты "было взято 50 человек пленных, все в одном белье, их война застала в койках". Но уже к 10:50 тон боевых документов изменился: "Бой за овладение крепостью ожесточенный - многочисленные потери". Уже погибло 2 командира батальона, 1 командир роты, командир одного из полков получил серьезное ранение.

"Вскоре, где-то между 5.30 и 7.30 утра, стало окончательно ясно, что русские отчаянно сражаются в тылу наших передовых частей. Их пехота при поддержке 35-40 танков и бронемашин, оказавшихся на территории крепости, образовала несколько очагов обороны. Вражеские снайперы вели прицельный огонь из-за деревьев, с крыш и подвалов, что вызвало большие потери среди офицеров и младших командиров".

"Там, где русских удалось выбить или выкурить, вскоре появлялись новые силы. Они вылезали из подвалов, домов, из канализационных труб и других временных укрытий, вели прицельный огонь, и наши потери непрерывно росли". Сводка Верховного командования вермахта (ОКВ) за 22 июня сообщала: "Создается впечатление, что противник после первоначального замешательства начинает оказывать все более упорное сопротивление". С этим согласен и начальник штаба ОКВ Гальдер: "После первоначального "столбняка", вызванного внезапностью нападения, противник перешел к активным действиям".

Для солдат 45-й дивизии вермахта начало войны оказалось совсем безрадостным: 21 офицер и 290 унтер-офицеров (сержантов), не считая солдат, погибли в ее первый же день. За первые сутки боев в России дивизия потеряла почти столько же солдат и офицеров, сколько за все шесть недель французской кампании. источник

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив