Михалковскаяпропаганда

ittarma — 21.02.2012 Посмотрел трилогию "Утомлённые солнцем".
Самый первый фильм раньше тоже не смотрел.

Замечательные фильмы!
Первый-то вообще крутой, ну с этим вроде никто и не спорит особо.

То есть, конечно, в "Предстоянии" и "Цитадели", действительно, очень плохой, малосвязный, невнятный сценарий.
Сказка, конечно, гротеск и условности.
Ничем нельзя оправдать жирное китчевое православие типа светящейся иконы в руинах.
Но зато это абсолютно западные фильмы - особенно это видно по гэгам, про которые я охотно представляю, как над ними хохочет зал на каком-нибудь Каннском фестивале.
В первой части это, кстати, тоже было. Ну, например, когда звук такой, как будто за дверью трахаются, а там на самом деле мяч накачивают.
Ну вы поняли. Это же Голливуд, натурально.

Что касается эго Михалкова - если бы я бы был бы режиссёр, я бы точно так же снимал бы. Ну, чтобы кругом мясо, кровь и людишки, а я иду такой в чёрном кожаном плаще, и взгляд мой стоит всех остальных сцен в фильме вместе взятых.
Ну а кто бы удержался от такого?

Отдельно хочу сказать, что те, кто в своё время ржал над сценой с "покажи сиськи" - это блоггеры.

Плюс к этому, почитал разные отзывы, и больше всего меня задел вот этот, который вам всем, кажется, очень нравился в своё время:

Порнография отнюдь не есть имитированный половой акт на экране: он может быть необходим в силу художественной логики фильма, как в «Поле Х» Леоса Каракса, и перестаёт быть порнографией. Порнография – выхолащивание любви, сведённой к движению поршней. Порнограф не умеет снимать любовь, он умеет снимать только механику. Порнограф отчуждает любовь. У человека есть два не отчуждаемых достояния: любовь и смерть. «УС-2» – порнография смерти, что опаснее, страшнее и отвратительнее порнографии любви. НМ подменяет эмоции, которые вызывает смерть, её механикой
http://www.fontanka.ru/2010/04/18/038/

Отчуждение смерти при помощи трёхчасовой киноленты - это, конечно, замечательно придумано.
Ну и вообще, сразу видно, что это вопль человека интеллигентного и начитанного. Я его глубоко понимаю, потому что, когда видишь горы мясища, в которые превращаются люди, хочется негодовать: как же так? Где же особое отношение к смерти? Чо, Сартр и Камю, Хайдеггер и Дебор - они вот для этого возводили тончайшие интеллектуальные мембраны между человеком и смертью, чтобы Михалков вот так вот взял всё это - хуяк - и мясом завалил?
По-моему, в военное время этих людей можно было бы ежедневно будить вопросом: "Ну и где теперь твоя философия?"

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив