Лопух

leghe — 28.05.2013 "Гей!", "Гей!" - постоянно слышал он, однако не обращал внимания на эти слова, как впрочем и на другие, произносимые рядом часто и громко. Сам по себе он никому не мешал, жил себе и жил, хотя и непростая это была жизнь.

Дело в том, что рос он на пригорке, возле канавы, и проходившие мимо крестьянские лошади, запряженные в телеги, тащившие тяжкий груз из каменоломен, всегда сбавляли в этом месте свой и так неторопливый ход. "Гей!" - кричали возчики, погоняя лошадок - "Пошла, скотина!" - кричали совсем уж жестокие и щелкали кнутами, так и норовя иной раз ударить по растению.
А лопух все рос и рос, набирал силу и не мечтал ни о чём сверхъестественном - радовался солнышку, ветерку и дождику, который нечасто радовал эту унылую местность. Не было у него ни друзей, ни врагов, никому он не был нужен. Сборщики трав обходили его стороной, чурались близости с дорогой.

Успешно пережив первый год своей жизни, прицепив немало колючек к шерсти собак, бегавших вместе с телегами, перезимовав, с оптимизмом поглядывая в будущее, не мог он предполагать о новом указе Уездного начальника. Распоряжение это гласило - выделить 235 рублей на оплату труда косарей, ибо заросли обочины дорог уезда.
- Вот, Мишка, добрый костер будет из сухой-то травы! - поговаривал дед Матвей, поправляя лезвие косы, изрядно затупившееся за день, пока молодой косарь разжигал на пригорке костерок из сухих стеблей лопуха.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив