Лытыдыбр

Библиотеку я уже уложила — 67 коробок разного размера. Вынесли на обочину кучу посуды (ее сразу унесли добрые люди). Больше всего переживала за свои цветочки. Когда они были расставлены по дому, казалось, немного, а стала выносить — весь тротуар уставила, горько плача: боялась, что на гарбич уйдут. Пальмочка моя тонкая перистая не хотела уходить — цеплялась за все косяки и двери. Маленькие каланхоэ было очень жалко: Ксюха же им всем дала имена и подписала горшочки — Маша, Катя, Люба, Сабрина, Ирина... И вот стоят цветы на улице весь день, никто не берет, я реву. И вдруг подъезжает пикап, вылезает старый индеец с седой косой до пояса, собирает все мои цветочки и запихивает в машину. Лимон аж из окна торчал, весь пикап был забит.
Я старику сто раз спасибо сказала, конечно.
Как-то символично получилось: я отдала коренному жителю Америки все, что вырастила на его земле. Как будто Америка меня простила и отпускает.
|
</> |