Лагерная метка

Израильский фотограф Уриэль Синай снимает бывших узников концентрационного лагеря Аушвиц и татуировки, которые они там получили. На фото: А20713. ОРНА БИРНБАХ, 82 ГОДА: «Когда мы поняли, что оказались в Аушвице, я испугался до смерти. Помню, как плакал и говорил маме: «Мама, я хочу жить! Мы должны как-то выбраться!

A9896. САРА ТЕССЛЕР, 83 ГОДА: «В Аушвице я решила: что бы ни случилось, не оставлю сестру. На каждой перекличке и сортировке, куда бы ни отправляли Ганну, я становилась рядом и не думая шла за ней». A9895. ГАННА ТЕССЛЕР, 86 ЛЕТ: «С тех пор мы поодиночке жить не можем. Так и приглядываем друг за другом уже 70 лет».


A11998. СОФИЯ ЙОЗЕФ, 83 ГОДА: «Я часто думала о том, было ли мое счастливое детство, каким я его помню, реальностью. Или реальностью было то, что я увидела потом в Аушвице? Под конец жизни я уже готова допустить, что реальностью было и то, и другое».


B14597. ЯКОБ ЗАБЕТСКИ, 83 ГОДА: «Сначала одни люди пытались убить меня во время войны. Потом, после войны, другие люди принялись показывать на меня пальцем и шептаться: «Гляди, гляди, вон инвалид холокоста…» Кажется, никто в этом мире не хочет услышать то, что я могу рассказать».


A9895. ГАННА ТЕССЛЕР, 86 ЛЕТ: «Мы в Аушвице спрашивали про родителей. Старшая надзирательница мне отвечает: «Деточка, они сейчас уже далеко». И показывает на облако дыма над крематорием. Я не понимаю, кричу: «Что вы имеете в виду?» А она говорит: «Деточка, ты что, думаешь, они там хлеб пекут?»


Слева направо: B14594. Менахем Шуловитц, 80 лет; B14595. Ашель Щарецки, 81 год; B14597. Якоб Забетски, 83 года.


ЯКОБ ЗАБЕТСКИ: «Моя очередь была за младшим братом. Его номер B14596. Он сегодня не придет: говорит, слишком больно вспоминать об этом». АШЕЛЬ ЩАРЕЦКИ: «В Аушвице мы стояли в очереди друг за другом. Мы выжили в аду. 65 лет спустя мы встретились. Вы осознаете величие чуда?»