Лабиринт

mishemplushem — 06.11.2022 Теги: Павловский

Чем глубже в зиму, тем меньше шансов, что кто-то еще поедет в Павловск. С другой стороны, с каждым днем приближается возможность поехать в Павловск весной. Ноябрь обещают теплый, еще можно ехать, но все-таки это ноябрь: уже можно мечтать.

Отправляемся с Витебского вокзала в 08.03, чтобы войти в парк бесплатно, как подобает входить в пространство, которое сегодня принадлежит только нам.

Открыточный Павловск я больше не буду показывать, его все и так видели. Сегодня мы о Павловске странном, зыбком, сумеречном. Если Пушкин – это ясность, безусловная явь, то Павловск – навь, морок, кружилово, туман над болотом, печаль одинокой нимфы, заброшенной в холодный край. Вот она, ежится от холода посреди чужой, черной и стылой воды.

Я впервые не нахожу адекватных ассоциаций – может, конечно это вирус виноват, - не могу разбить текст на логичные главки, поставить эпиграфы, подобрать литературную подложку: Павловск не с чем соотнести, он ни с чем не увязывается, можно надергать что-то похожее из символистов и натянуть их на глобус Павловского парка, но он останется существовать в своей собственной эстетике и логике.

Он просто стоял и смотрел. Принял к сведению, между прочим, что над головой у него кружат три тусклых карликовых солнца. Он видел деревья, которые бормотали невнятные угрозы зеленоперым птицам. Заметил еще и другие вещи, которые не сумел запомнить из-за недостатка земных аналогий. (Шекли, Координаты чудес)

У сна тоже есть своя внутренняя логика, но запомнить его обычно нельзя, потому что эта логика другая и по пробуждении рассыпается. Сенбернар сдал мне две карты - зеленую кантату и покойную тетушку Анастасию – и я понял: послезавтра. Так и Павловск. В английском языке есть слово dreamscape; попробую этот ландшафт с грехом пополам набросать.

Рожденный умозрением, парк предполагал философские размышления на лоне природы, и в нем присутствует вполне картезианская часть – пространство вокруг дворца. Она идеальна, как и вторая составляющая парка – уют, он тоже доведен до совершенства (много где пожрать; приличные туалеты; тележки со снедью, лодки напрокат, обзорные трамвайчики, скамеечки везде). Но третья составляющая – область мифа или бреда – тоже идеальна: здесь искривлено пространство, изменено течение времени и в небольшой, в сущности, участок земли завернуты, впридачу к пейзажному парку, необъятные луга, непролазные чащи, прямые аллеи и кривые закоулки, прозрачные просеки и глухие тропы, крутые горки, обрывы, болота и розарии. Это, в некотором смысле, проекция самого Петербурга: не очень Россия, не очень Земля, не очень реальность. Можно отсидеться в Собственном садике, где всё привычно, прекрасно, уют и жасмин, но всё равно ноги вынесут блуждать по лабиринту, а там нить Ариадны рвется и из никуда выплывают павильон, беседка, мемориал, мавзолей, заброшенный амфитеатр, необъяснимая колоннада, ступеньки в пустоту, мостики непонятно зачем и ворота неизвестно куда.

Через такие ворота боязно проходить: что-то ведь они разделяют, вопрос что. Каждый проход, неважно в какую сторону, уводит дальше вглубь наваждения: вот в темном северном лесу стоят античные скульптуры… черные, все как одна черные. 

Что они – Аполлон, Флора, Венера – забыли в сологубовской тени косматой ели, как это всё тревожно, призрачно, ни с чем не сообразно.

Идеально симметричный Вольер — вот он еще раз, чтобы и симметрию посмотреть, и с нимфой еще раз померзнуть, подивиться ее вроде бы чужеродности и одновременно абсолютной уместности здесь, где всё живет по внутренним законам лабиринта -

— изнутри обустроен так, что волей-неволей почувствуешь себя вампиром: это же зеркало, не может быть, чтобы не зеркало:

Повсеместно вершатся какие-то ритуалы, где-то белые березы растут идеальными кругами, где-то оставлены знаки.

Полянку огородили кустами и частоколом из ваз, необъяснимым, как постаменты в «Граде обреченном».

А однажды сентябрьским бледным вечером я набрел на Мавзолей.

Для начала я увяз в болоте, в одном из тех гиблых мест, где тебя кружит куда-то вглубь по спирали, и вроде только на шаг отошел с аллеи, а вот уже во все стороны тянется бесконечный лес, не сосновый-мачтовый какой-нибудь, а русский фольклорный, с непролазным подлеском. Под ногами топь, кроссовки уходят под темную водицу, люди, ау! Выдрался из болотца, и вдруг увидел: оглушает, как неожиданный раскат грома.

Я поднялся по ступенечкам и принялся обходить мавзолей по периметру. Много позже сделал фотографию с человечком, специально для масштаба, чтобы было понятно, насколько всё это внезапно огромное, и дверь высоченная. 

Когда идешь по стеночке один, как будто вообще в целом свете никого не осталось - только и есть, что с одной стороны, впритык, вот этот уже как бы и не ампир, а какая-то месопотамская, шумерская архаика, а с другой– сплошная, сколько хватает глаз, территория леших и русалок. И возникает ощущение вязкого сна, и непонятно, куда выйдешь, вернувшись по кругу в исходную точку.

Этим летом решил перед электричкой прошвырнуться по собственно городку – парк-то засасывает, никода не хватает времени на остальное – и, пройдя через другой, дикий парк (Мариенталь), на горизонте завидел вот такое:

Не, я знал, конечно, что это (замок Бип) нынче ресторан, и что к нему можно откуда-то подойти по мостику. Но неинтересно же как все ходят, надо как ворона летит: поперся напрямую. По пригоркам и овражкам, вверх по какой-то лестнице, мимо домиков, в лесок – вроде бы тропинка куда-то ведет? По тропинке, значит… а она всё сужается, сужается… Знаете это ощущение, когда умом понимаешь, что пора бы разворачивать оглобли, потому что впереди всё яснее вырисовывается тупик, и обратно придется выбираться той же дорогой, но в лес всё дальше, дров всё больше, и ослиное упрямство притворяется надеждой на благополучный исход.

Вышел. Лесок за мной сомкнулся. Призрак замка отделен речкой, словно в Вольере и впрямь было зеркало, и вот от меня защитились водной преградой. Тропинка обрывается прямо в густых зарослях – кто, кто ее протоптал и зачем, и куда он потом делся? Взлетел, провалился сквозь землю, канул в траву и в ней затаился?... Пришлось топать назад, к замку в обход уже не пошел, чтобы не испортить впечатления рестораном.

По тексту, думаю я, очевидно, что из всех наших пригородов Павловск – мой самый любимый, место медвежьей силы. 

В этом году непреодолимые обстоятельства помешали мне ездить туда постоянно, только два раза и получилось, но, друзья мои, будет еще одно лето. Замыслил цикл с таким названием, но не знаю, сколько успею; в следующий раз надеюсь про Ораниенбаум.

Сохранено

</>

Лабиринт

Чем глубже в зиму, тем меньше шансов, что кто-то еще поедет в Павловск. С другой стороны, с каждым днем приближается возможность поехать в Павловск весной. Ноябрь обещают теплый, еще можно ехать, но все-таки это ноябрь: уже можно мечтать. ...

Читать полностью

Источник

Оставить комментарий

Популярные посты:

niger

Почему регулярная замена масла важна для автоматической коробки передач

• Ранее
• По теме
• Архив