Кошек тошнит около ведра

— 13.08.2010 Народ кинулся в две крайности. Одни полощут Путина за то, что лично носится по горящим регионам и даже лично землю с небес орошает. Другие не довольны Лужковым, в самый ответственный момент уехавшим в отпуск. И правда - с одной стороны, нельзя быть командиру "впереди на лихом коне"; с другой - бесит "ручное управление", когда в маленький поселок для решения проблем целый премьер-министр приезжает. Если работа налажена, на вверенном тебе участке все в порядке - чего бы и в отпуск не сходить? Не для того замама и помам зарплату платят, чтоб всё самомк решать.
Бесит другое. Первыми, как обычно, Ren-твшники тревогу забили. Морги переполнены, смертность в два раза. И понеслось. Пресс-службы по традиции всё опровергли. Они, пресс-службы, по большому счету ничего, кроме этого не умеют. При этом за преднамеренное введение в заблуждения еще никого не наказали. Примеров - тысячи. А надо бы. Потом подключилась тяжелая артилерия. Онищенко наорал на паникеров, Голикова рявкнула на паникеров из Правительства Москвы, специально обученные врачи сказали, что смертность в пределах нормы, а моргов на всех хватит... Это не потому, что "царь не знает". Царь знает, но сделать ничего не может и не хочет. А раз так - зачем панику поднимать?
Обычно я рассказываю анекдоты в тему. А сегодня хотел бы привести целый рассказ, наглядно показывающий, насколько у нас с 1928 года ничего не изменилось. Текст - под фотографией.
Вчера передвижной пункт медицинской помощи на "Китай-городе" видел:


Печка у меня очень плохая. Вся моя семья завсегда угорает через нее. А чертов ЖАКТ починку производить отказывается. Экономит. Для очередной растраты.
Давеча осматривали эту мою печку. Вьюшки глядели. Ныряли туда вовнутрь головой.
— Нету, говорят. Жить можно.
— Товарищи, говорю, довольно стыдно такие слова произносить: жить можно. Мы завсегда угораем через вашу печку. Давеча кошка даже угорела. Ее тошнило давеча у ведра. А вы говорите — жить можно.
Председатель ЖАКТа говорит:
— Тогда, говорит, устроим сейчас опыт и посмотрим, угорает ли ваша печка. Ежли мы сейчас после топки угорим — ваше счастье — переложим. Ежли не угорим — извиняемся за отопление.
Затопили мы печку. Расположились вокруг ее.
Сидим. Нюхаем.
Так, у вьюшки, сел председатель, так — секретарь Грибоедов, а так, на моей кровати,— казначей.
Вскоре стал, конечно, угар по комнате проноситься.
Председатель понюхал и говорит:
— Нету. Не ощущается. Идет теплый дух, и только.
Казначей, жаба, говорит:
— Вполне отличная атмосфера. И нюхать ее можно. Голова через это не ослабевает. У меня, говорит, в квартире атмосфера хуже воняет, и я, говорит, не скулю понапрасну. А тут совершенно дух ровный.
Я говорю:
— Да как же, помилуйте,— ровный. Эвон как газ струится.
Председатель говорит:
— Позовите кошку. Ежели кошка будет смирно сидеть, значит, ни хрена нету. Животное завсегда в этом бескорыстно. Это не человек. На нее можно положиться.
Приходит кошка. Садится на кровать. Сидит тихо. И, ясное дело, тихо — она несколько привыкшая.
— Нету,— говорит председатель,— извиняемся.
Вдруг казначей покачнулся на кровати и говорит:
— Мне надо, знаете, спешно идти по делу.
И сам подходит до окна и в щелку дышит.
И сам стоит зеленый и прямо на ногах качается.
Председатель говорит:
— Сейчас все пойдем.
Я оттянул его от окна.
— Так, говорю, нельзя экспертизу строить.
Он говорит:
— Пожалуйста. Могу отойти. Мне ваш воздух вполне полезный. Натуральный воздух, годный для здоровья. Ремонта я вам не могу делать. Печка нормальная.
А через полчаса, когда этого самого председателя ложили на носилки и затем задвигали носилки в каретку скорой помощи, я опять с ним разговорился.
Я говорю:
— Ну как?
— Да нет, говорит, не будет ремонта. Жить можно.
Так и не починили.
Ну что ж делать? Привыкаю. Человек не блоха — ко всему может привыкнуть.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив