КОЛЛЕТТ


Июнь. За полдень. Запахи: герани,
Акации, жасмина, чабреца…
Плетёный стол и кресла на веранде,
Пристроенной у флигеля с торца.
В качалке, в белой бумазейной блузке,
Немолодая дама сквозь вуаль
Читает ветхий томик по-французски:
"Le Rouge et le Noir. Roman. Stendhal".
Под крышею усадьбы с колоннадой
Лучами солнце гладит зелень крон.
Метёт дорожки грушевого сада
Дородный дворник. Несколько ворон,
Напуганных знакомою метлою,
Вспорхнули ввысь, отчаянно крича…
- Никитич, душка, польно, Бог с тобою,
Бросай пыльить, ставь самовар - пить чай
Давно пора! - сказала экономка,
Добавив, улыбаясь: - "S'il vous plaГ®t" -
Блеснув резцовой золотой коронкой.
Все звали даму тут - "Мadам Collette"…
Пастилки, земляничное варенье,
Иная незатейливая сласть -
Поставлены на стол. С благоговеньем
Из блюдец пьётся чай… Пылает страсть
В очах любвеобильной иностранки.
- Благодарим покорнейше, мерси! -
Сказал Никитич, вспомнив про галантность,
Облобызать ей ручку попросил.
Коллетт вальяжно протянула руку,
Для поцелуя, к дворницким губам.
И, не скрывая вожделенной муки,
Прикрикнула: - Возьми меня, больван! –
Смягчая «эл», с надменностью этруски
Мужицкую оценивая стать.
Никитич расстегнул крючки на блузке
Мадам Коллетт и впился ей в уста.
И вскоре нею обладал всецело.
Рефрены стонов: - Оh, Мon Dieu, Мon Dieu!
Encore! Еncore!... – ещё, ещё хотела!
Мужик сжимал в объятиях её,
Рыча, в пылу любви, подобно льву.
Её трясло эпилептически…, и вот,
Из уст мадам сорвался хриплый звук,
Когда струя ударила в живот…
…Садовник - соглядатай страстной сцены
Поведал о разврате господам.
Никитича в деревню, возле Мценска,
Сослали. В Нант уехала мадам...
