Кое-что о религии
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Чем дальше, тем больше я укореняюсь в мысли, что собственно религия практически не меняет человека. Как правило, она занимается обслуживанием его ранее сформированных интересов и склонностей характера. Фактически, самое большее, что мы можем от неё получить, это обоснование того, почему надо быть нравственным человеком (сильно упрощая можно сказать: потому, что этого от нас хочет Бог). Конечно, можно получить представление о нравственных критериях и в самой религиозной системе (если они не привиты семьей и обществом), но вот здесь и происходит пробуксовка. Они, как правило, мало кому интересны на практике. Тот, кто алчет и жаждет правды, уже пришел за ней в церковь (найдёт ли?). Тот, кто добр и милосерден, вряд ли стал таким, стоя возле церковного подсвечника, и т.д. Поэтому круг интересов религиозно озабоченного человека сводится к вопросам когда пост и можно ли есть креветок (самый простой уровень) и когда конец света и можно ли ему носить четки (это для продвинутых).
Найдётся много людей, которые, подобно братьям нашим меньшим, скажем, из баптистов, скажут (или сказать постесняются, но, по крайней мере, подумают), что "раньше я был такой-сякой, а теперь, преобразившись верой, ого-го какой", но, во-первых, скажут ли о них то же самое те, кто знает их со стороны, а во-вторых, не является ли это состояние подобием периода ремиссии, какая бывает у наркозависимых? И смогут ли они сказать о себе то же самое через год, два, десять? Где гарантия того, что завтра человек не сорвется? И где гарантия того, что положительные изменения, если только они происходят в человеке, не являются плодом обычной житейской зрелости?
Чем дальше, тем больше мне кажется, что изучение и воплощение норм этики и этикета даст любому человеку (и окружающим его людям, животным, растениям и бездушным предметам) гораздо больше, чем чтение священных книг и аскетической литературы. Парадоксально, но если угождать Богу мы должны через своих ближних (а как ещё?), то именно обычные уроки нравственности способны нас сподвигнуть к этому гораздо сильнее священных историй.