Камера для генсека
favor-in-all — 16.08.2018
Точно по такой же схеме 26 лет назад Москва выдала властям ФРГ больного Эриха Хонеккера – бывшего главу ГДР. Этот случай стал своеобразным эталоном предательства.

* * *
В аэропорту Тигель его уже ждали — специальная группа БНД,
Федеральной разведки Германии, которая уже вовсю хозяйничала в
Берлине. Четверо холёных мордоворотов с профессиональной гримасой
лёгкой брезгливости.
— Герр Хонеккер? — спросил старший из них. — Следуйте за нами, у нас есть ордер на ваш арест.
Щёлкнули наручники, и оперативники тут же подхватили старика под руки и потащили к огромному чёрному "мерседесу" с тонированными стёклами, который подъехал прямо к трапу самолёта. Двери лимузина распахнулись, и уже через мгновение генеральный секретарь Социалистической единой партии Германии (СЕПГ), лидер Германской Демократической Республики оказался зажат на заднем сиденье между потными телами мордоворотов. Двигатель утробно зарычал, и машина рванула с места — по шоссе, ведущему вдоль старого канала прямиком к старой Моабитской тюрьме Берлина.
Эрих Хонеккер мысленно усмехнулся: круг замкнулся. Антифашист, прошедший застенки гестапо в Моабитской тюрьме, шесть десятилетий спустя снова оказался в той самой камере-одиночке — но теперь уже по воле коммунистов.
"Я снова вижу тюремный комплекс Моабит изнутри, — записал позже Хонеккер в своём дневнике. — В 1935 году гестапо доставило меня сюда из своего главного здания на Принц-Альбрехт-штрассе. Тогда я находился здесь под предварительным заключением полтора года. Как долго буду в этот раз? Те же самые коридоры, те же самые проходы. До сих пор слышу окрики надзирателя: "Г-3 на допрос!"
Антифашист из концлагеря
Фото © Gestapo/Wikimedia Commons
* * *
Появившись на свет в 1912 году в семье простого шахтёра из городка
Нойнкирхен, что в земле Саар, Эрих Хонеккер не получил стандартного
систематического образования, но с юных лет твёрдо уверовал в
коммунистическую идею. Впрочем, в те годы все молодые люди бредили
политикой — унизительное поражение Германии по итогам Первой
мировой войны толкало молодёжь в правые или левые партии. И уже в
14 лет Эрих стал активным членом Коммунистического союза молодёжи
Германии.
Уже в 1930 году старшие товарищи отправили Эриха учиться в Москву — в Международную ленинскую школу, открытую при Коминтерне. Причём в Советском Союзе Хонеккер не только учился, но и в составе интербригады работал на строительстве Магнитогорского металлургического комбината.
В 1934 году он вернулся в Германию и сразу же включился в кампанию против вхождения формально независимого Саара в состав Третьего рейха. Компанию коммунисты проиграли, и Хонеккер был вынужден бежать во Францию.
Впрочем, ненадолго — через несколько месяцев Хонеккер с фальшивым паспортом прибыл в Берлин. В багаже он вёз разобранный печатный станок, чтобы в подполье создать типографию для печати антифашистских листовок. Но затем кто-то сдал типографию, и вскоре Хонеккер был арестован гестапо. Держали его в знаменитой берлинской тюрьме Моабит.
После полутора лет предварительного заключения ему вынесли приговор — 10 лет тюрьмы. Для отбывания наказания он был переведён в тюрьму Бранденбург, где и сидел до самой весны 1945 года.
Интересно, что в марте 1945 года Хонеккер за хорошее поведение
был отправлен на строительные работы в берлинской женской тюрьме
Барминштрассе. Во время одного из авианалётов Хонеккеру удалось
бежать из-под стражи — причём от гестапо он спрятался в квартире
начальницы тюрьмы Шарлотты Грунд-Шануэль. По её совету Хонеккер
вернулся на стройку, причём надзирательнице удалось скрыть от
гестапо факт побега.
Вторично его освободили уже советские солдаты.
Выступление Хонеккера в 1946 году
Строитель Стены
В 1955 году Эрих Хонеккер по рекомендации Вальтера Ульбрихта, лидера ГДР, снова поехал на учёбу в Москву — на этот раз в Высшую партийную школу. Вернувшись в ГДР, он сразу же был включён в состав Политбюро ЦК СЕПГ.
Хонеккер отвечал за вопросы безопасности, и во время кризиса 1961 года стал одним из организаторов строительства Берлинской стены.
Операция была проведена блестяще: в ночь с 12 на 13 августа 1961
года солдаты Народной армии и Народная полиция ГДР перегородили
колючей проволокой 193 улицы, блокировали 4 линии метрополитена.
Всего за 4 дня тысячи строителей, мобилизованных по всей ГДР,
построили монолитную бетонную стену высотой 3,2 м, которая
разрубила Берлин на две части.
Хонеккер был в восторге:
— Стена простоит ещё сто лет, пока не будут устранены причины, обусловившие её возведение!
Спустя всего 30 лет именно создание Берлинской стены и станет одним из главных пунктов обвинений в его адрес.Но сам Хонеккер себя преступником не ощущал.
— Жертвы Стены? — спрашивал он следователей. — Что ж тут такого, что на границе стреляли? На всех границах при их незаконном пересечении стреляют!
Меня тошнило от "общеевропейского дома", о котором трещал
Горбачёв
В мае 1971 года генеральный секретарь ЦК СЕПГ, 78-летний Вальтер Ульбрихт ушёл в отставку.
Его проводили с почётом и даже формально оставили на некоторое время руководить Госсоветом ГДР. Новым же партийным лидером стал Эрих Хонеккер.
У руля ГДР он находился почти два десятилетия, и именно 60-е и
70-е годы стали временем наибольшего расцвета ГДР, которая
превратилась в настоящую "витрину социализма" — и по достижениям в
экономике, и в науке, и в спорте.
Даже сегодня немцы говорят, что жизнь на Востоке имела
свои преимущества. Правда, по-настоящему оценить их смогли лишь
после исчезновения ГДР.
* * *
Приход к власти Горбачёва и объявленный курс на перестройку
Хонеккер встретил настороженно:
— Если сосед решил переклеить в своей квартире обои, нам не обязательно тут же следовать его примеру.
Опытный политик, он быстро понял, что любая попытка радикального реформирования советского строя неизбежно приведёт к его краху.
— Меня тошнило от "общеевропейского дома", о котором трещал
Горбачёв, — годы спустя вспоминал Хонеккер. — Его советник, этот
Яковлев, который, по крайней мере, был откровенен, сказал, кто, по
его мнению, во всём виноват: "Маркс. В 1917 году с приходом
марксиста Ленина во всём мире началась катастрофа".
Есть ли совесть у этого Горбачёва? Я всё ещё хорошо помню этого
мелкого буржуа от перестройки, когда он мне объяснял свою стратегию
и ту роль, которую должна сыграть его жена Раиса. Помню и о том,
как он боязливо жаждал одобрения и любви со стороны других
генеральных секретарей. Престиж был ему всегда важен. Однажды,
когда он сомневался в себе, я попытался его успокоить. Правда,
аплодисменты с Запада были ему дороже.
(Продолжение следует)
|
|
</> |





ВНЖ или прописка в Армении: что выбрать россиянину 
