Как я покреститься хотела

Я дико извиняюсь, но я - нехристь. Не крещеная, в смысле. В детстве, как у большинства советских младенцев, с этим обрядом как-то не получилось, у меня и родители сами не так давно покрестились, "на всякий случай", как я это называю. А в сознательном возрасте с верой все гораздо сложнее. Я вообще думаю, что уверовать слепо, по-настоящему, можно, если только в вере вырос, а когда вырастаешь, то в церковь идешь или из страха, или просить что-то хочешь, или сделку с Богом совершаешь. В общем, неважно, по какой причине, но я захотела покреститься. И не где-нибудь, а в Дрездене, в Церкви преподобного Симеона Дивногорца, хотя в Роттердаме русская церковь тоже есть. Дело не в географии, просто я хотела, чтобы в момент кречения со мной была моя Ирка - подруга, и очень хороший и верующий человек.

Да, и церковь эта очень замечательная, и замечательные люди её строили. Один из архитекторов, Харальд Юлиус фон Боссе, кстати, русский статский советник немецкого происхождения, был архитектором немецкой церкви в Санкт-Петербурге. Четверть необходимой на строительство суммы (520 000 немецких марок) внес статский советник Симеон Викулин. Композитор Сергей Рахманинов, который жил в Дрездене в 1906-1909 годах, заплатил за установку газового отопления, оно работает до сих пор. Крупные пожертвования внесли великие княгини Елена Павловна, Мария Николаевна, Александра Иосифовна, королева Ольга Николаевна, герцогиня Мария Алекксандровна, царевич Александр Александрович, великие князья Сергей, Алексей, Владимир и Павел Александровичи.

Первым настоятелем церкви был петербуржец Александр Розанов, в 1875-м году император Александр Второй принимал участие в богослужении, а Федор Достоевский, живший в Дрездене в 1869-1871-м годах, крестил в этом храме свою дочь Любовь... Другими знаменитыми прихожанами были Михаил Бакунин и Иван Тургенев.

Во время второй мировой войны богослужения в церкви были запрещены из соображений безопасности, поскольку проводились они на русском языке и проконтролировать текст было трудно. И еще один момент - во время бомбежки 1945-го года этот провославный храм был единственным зданием в округе, практически не пострадавшим от бомб.

И вот тут меня подстерегла страшная неожиданность. Когда моя подруга к батюшке ходила насчет моего крещения договариваться, тот сказал ей до боли знакомую и еще не забытую фразу: "Пусть ваша подруга крестится по месту прописки". Колокольный звон, занавес.