Инфантицид

beth4ever — 17.07.2014 По словам историка Ллойда Де Моза: "Все семьи когда-то совершали детоубийства. Все государства начинались с принесения детей в жертву. Все религии начинались с истязаний и убийств детей".
Это перевод/пересказ интересных данных из книги С. Пинкера "Лучшие ангелы нашей натуры". Если вам интересно, пожалуйста, отмечайтесь - я тогда потом еще перескажу.

TW - в тексте много информации о насилии в отношении детей, поэтому под врезкой.


Исследование, проведенное антропологиней Лайлой Уильямсон показало, что инфантицид практиковался на всех континентах и во всех типах обществ, от племен до развитых цивилизаций. Причем в 77% случаев это была признанная практика. До не такого уж давнего времени 10-15% детей убивали вскоре после рождения, а в некоторых обществах доля убитых доходила до 50%.

Человечество прошло долгий путь, чтобы возникло общество, в котором хирурги героически спасают недоношенных младенцев, никто не ожидает от детей экономической продуктивности в первые 20 лет жизни, а игра в "вышибалы" кое-где рассматривается уже как чересчур жестокая.

Врач Ларри Мильнер в своем исследовании, посвященному инфантициду в мире (Hardness of Heart/Hardness of Life), признается, что начинал свою работу с вопроса: как кому-то вообще может прийти в голову убить свое дитя? Он полагал, что речь идет о какой-то патологии, о поведении, идущем в разрез с интересами эволюции. Но постепенно он пришел к выводу, что убийство своего потомства в целом ряду стрессовых ситуаций является одним из наиболее "естественных" деяний для человека.

На самом деле, идея, что всякий новорожденный бесценен, идет вразрез с естественным отбором. Самка млекопитающего зачастую тратит больше энергии на вскармливание, чем на вынашивание. Для биолога человеческий инфантицид это пример триаж-сортировки (сортировка оказания медицинской помощи). Еще недавно почти любая женщина вскармливала младенца 2-4 года. Многие дети умирали, особенно в первый год жизни. Чтобы стать бабушкой в такой обстановке, женщине приходилось делать тяжелый выбор и учитывать такие факторы выживания потомства как: его состояние здоровья, свою способность к материнству, наличие старших детей, войну и голод, отсутствие поддержки родных или отца ребенка, свой возраст (способность выносить еще детей).

Марти Дэйли и Марго Уилсон проверили теорию триажа, исследовав выборку 60 различных сообществ, основываясь на данных этнографов. Инфантицид практиковался в большинстве из них, и в 112 случаях этнографы указали его причины. 87% причин соответствовали теории триажа: ребенка не принимал отец, он был нездоров, имел близнеца или старшего брата/сестру близкого возраста, не имел отца, родился в тяжелые времена.

История инфантицида показывает, что когда-то он был не бессмысленным зверством, а особой категорией насилия. Антропологи отмечают, что опрошенные ими матери (или родственники, поскольку матерям было тяжело это обсуждать) горевали об убитых и рассматривали их смерть как неизбежную трагедию. Собственно, название работы Hardness of Heart/Hardness of Life происходит из труда основателя антропологии Эдварда Тейлора XIX в., который писал: "Инфантицид возникает из-за жестокости жизни, а не жестокости сердца".

В нашей культуре предполагается, что счастливая тесная связь между матерью и новорожденным практически инстинктивна. Но, на самом деле, для ее формирования требуется преодолеть определенные психологические препятствия. "Естественная привязанность" далека от автоматизма. Дэйли и Уилсон, а позже антрополог Эдвард Хаген предположили, что послеродовая депрессия - это не результат гормонального дисбаланса, а эмоциональные переживания, связанные с периодом, во время которого принимается решение, сохранить ли ребенка. Матери с ПРД часто чувствуют эмоциональное отторжение от новорожденного и мучаются навязчивыми мыслями о том, чтобы причинить ему/ей вред. Как отмечают психологи, умеренные депрессии дают человеку более трезвый взгляд на мир, чем приподнятое состояние, в котором мы обычно оцениваем наши перспективы. По мере того, как ситуация налаживается, депрессия матери проходит, и многие отмечают, что они влюбляются в своих детей и начинают видеть в них уникальных, бесценных человеческих личностей.

Хаген изучал литературу о ПРД, чтобы проверить свои предположения. Как и предполагалась, ПРД чаще поражает женщин, лишенных социальной поддержки, переживших тяжелые роды, родивших ослабленного ребенка, безработных и жен безработных. Также выяснилось, что ПРД довольно слабо связано с гормональными изменениями, что позволяет предположить, что ПРД - не баг, а фича.

Многие культурные традиции, рассчитанные на то, чтобы не дать матери сблизиться с новорожденным в первые дни его жизни, подтверждают эту теорию. В разных культурах может быть принято минимально прикасаться к ребенку, не давать ему имя, не признавать его как личность до завершения опасного периода (обычно где-то в месяц). Завершение этого периода часто отмечается торжественной церемонией, собственно, откуда могли произойти и наши крестины.

Но не все инфантициды прошлого можно объяснить суровой эволюционной логикой. И одной из разновидностей такого детоубийства является убийство новорожденной девочки просто за то, что она - девочка.

Женский инфантицид стал известен миру благодаря статистике, которая открыла гигантскую нехватку женщин в развивающихся странах. Обычно говорят о ста миллионах женщин (преимущественно речь об Индии и Китае). В некоторых странах женщина может зайти на узи, узнать, что у нее будет девочка, и прямым шагом отправиться на аборт. Можно подумать, что женский инфантицид стал реальностью благодаря таким технологиям распознавания пола, но в Китае и Индии он документировался последние две сотни лет. Повитуха в Китае могла держать у кровати роженицы ведро с водой, чтобы сразу утопить девочку. В Индии существовало множество методов: дать новорожденной таблетку из табака и гашиша, утопить ее в молоке, намазать материнскую грудь опиумом и т.п. И даже если девочек оставляли, они жили недолго. Если у нее был брат, то доступная еда предлагалась, в первую очередь, мальчику. Если ребенок заболевал, то мальчика везли в больницу сразу же, а с девочкой предпочитали подождать и посмотреть.

Такое происходило не только в Азии, но и в Древних Греции и Риме, в Средневековой Европе. Вообще, везде, где убивали новорожденных, девочек убивали чаще. С точки зрения биологии это не логично. Следующее поколение должно делиться на мужчин и женщин примерно поровну. Родители, убивающие детей одного пола, наказывают сами себя сокращением перспективы получить внуков в условиях дефицита девочек (и тоже самое было бы при дефиците мальчиков).

Существует теория, что иметь сына выгоднее, так как число потомков мужчины может быть крайне велико, а женщина, в любом случае, не родит больше определенного числа внуков. С другой стороны, при дефиците дочерей, надежным вкладом в будущее является только очень выдающийся сын, который способен победить в конкуренции за немногочисленных женщин. А даже не очень завидная дочь-невеста, будь она попросту здорова, уже гарантированная жена и мать. Это называют теорией Трайверса-Уилларда, и она работает у некоторых видов, а также, отчасти, в традиционных сообществах людей, где люди с более высоким статусом, как правило, живут дольше и могут привлечь больше партнерш, потому более высокие классы предпочитают иметь сыновей, а низшие - дочерей. Но эта теория объясняет лишь почему, например, высшие классы в Индии более склонны избавляться от дочерей. Она не объясняет, почему ни в каком обществе нет тенденции сокращать исключительно число сыновей. Инфантициды во всем мире либо равноправны, либо имеют форму геницида.

По мнению Стивена Пинкера, феминистская теория, согласно которой к генициду приводит сексизм, также не объясняет его до конца. Каким бы женоненавистническим не было общество, никому не хочется остаться без женщин вообще. В самых тяжелых для женщин обществах, они все равно нужны мужчинам для секса, деторождения, воспитания детей и сбора или приготовления еды. Семьи, избавляющиеся от девочек, хотят, чтобы девочки вокруг жили - пусть только выращивает их кто-то другой. Женский инфантицид - это род социального паразитизма, "проблема безбилетника".

Проблема безбилетника возникает, когда никто не владеет общим ресурсом, в данном случае пулом потенциальных невест. На свободном брачном рынке, где права собственности принадлежат родителям, дочери и сыновья заменимы и никакому полу нет предпочтения. Если вам в доме нужна трудолюбивая невестка или бравый воин, не важно, сколько дочерей или сыновей вы родили, вы всегда сможете "обменять излишки". Предпочтение сыновьям в таком случае отдается на рынке с неравными правами собственности, где родители, по сути, владеют своими сыновьями, но не дочерьми.

Отмечают, что в племенах собирателей инфантицид девочек более распространен в патрилокальном обществе (где дочери уезжают из дома к мужу и свекрам), чем в матрилокальном (где они остаются, а переезжают сыновья). Патрилокальные общества чаще встречаются в племенах, воюющих с близкими соседями - поэтому им нужно, чтобы все воины оставались вместе. Воинственные племена, таким образом, попадают в порочный цикл: они убивают своих новорожденных девочек, чтобы жены поторопились и родили побольше сыновей, чтобы нападать на другие деревни и чтобы защищать женщин в собственной - ресурс, который они сами и уничтожают инфантицидом. Это происходило с племенами гомеровской Греции.

В таких странах как Индия и Китай речь идет также о собственности на сыновей, но не по военным, а по экономическим причинам. В стратифицированных обществах собственность обычно переходит сыну. В Индии низшие касты должны предоставить высокое приданое, чтобы дочь могла выйти за сына из более высокой. В Китае сыновья и невестки обязаны содержать родителей сына, в отличие от дочерей и зятьев (отсюда поговорка "дочь подобна пролитой воде"). Китайская политика "одного ребенка", введенная в 1978 г. сделала эту проблему еще более актуальной. В обоих случаях, сын - это капитал, а дочь - задолженность. И родители решают эту проблему самыми экстремальными способами. Считается, что сегодня инфантициды в Китае сошли на нет, уступив место селективным абортам, которые также нелегальны, а в Индии практика (тоже, конечно, нелегальная) все еще сохраняется. Впрочем, и там и там правительства уже начали понимать, что геницид сегодня - это толпы неуправляемых холостяков завтра.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив