Икра... кабачковая.
bobowerfer — 05.04.2025
Дарья прицепилась ко мне — расскажи, да расскажи! Ну и рассказываю.
Мы, нашей взросло-пацанской компахой — байдарочники. Не туристы. Как один из нас — Саня Ряховский, Борода говорит — браконьеры. Но это он загибает, конечно. Рыбу мы ловим-стреляем, но... в разумных количествах. А пользы от нас, если уж серьёзно смотреть, гораздо больше, чем вреда.
Компания у нас устоявшаяся уже десятилетиями, без ложной скромности, «набор лиц» в каждом походе присутствует, практически всегда, одинаковый. Ходим, как правило, вчетвером, двумя байдарками, редко в полном составе — вшестером, тремя. Но среди «меняющегося состава гастролирующей труппы» всегда присутствуют двое — я и Коля. Николай — один из моих старших, самых «древних», «дремучих» друзей. Инженер-авионщик, доктор наук, рыбак и повар — от Бога.
Поварской талант у Коляна, однако, проявляется специфически. Вот кашу манную, на утро, для всех, он может запороть, а с консервациями всякими... С консервациями у Коли — особая любовь. С любыми консервациями, овощными, мясными, рыбными — какими угодно. Готовит — пальчики оближешь. К слову сказать, мы, в какой-то момент времени, перестали покупать тушёнку в походы — стали делать сами. Загрузимся с Колькой на сутки либо ко мне, либо к нему на кухню и делаем. В походе потом, на берег вылезаем на перекус:
— Ну что? По чайку и по бутербродику на закусь?
— Да-а!
— А что возьмём?
— Тушёнку Коляновскую! Ну её, колбасу эту! (Берём с собой на случаи перекусов колбасы сырокопчёной пару палок.)
И Коля:
— Вот! Всё бы вам тушёнку жрать! Её всего восемь (к примеру) банок! Грести ещё двести километров, а уже всё схавать хотите!?
И рыбак Колян — поискать. Удочки, донки, тюкалки, кораблики, спиннинг... Он, мне так кажется, способен из лужи на асфальте что-нибудь, да выловить. Естественно, заморочки рыбацкие у него присутствуют.
И, вот, заходим мы очередной раз на реку. Собрались-отправились, пошли. На второй день нам встречается деревня, с магазином.
А у Кольки есть бзик — ни одну деревню с магазином он спокойно пройти не может. Никак!
— Не! Всё! Пристаём! Я ща по-бырому сбегаю в магаз! Гляну! Принесу! Вы мне сами потом спасибо скажете!
Отговорить невозможно! Но, если смотреть правде в глаза, так, как правило, и бывало — говорили «спасибо». В этот раз пошли вдвоём, я и Колька.
Пришли. Магазин, как магазин — обычное СельПо. Всё обо всём и в одной куче, ничего особенного. Но, Коля углядел... «Икра кабачковая». В обычных, наших, советских 400-т граммовых банках. Завёлся, учитывая его страсть к консервам в стеклянных банках:
— Давай возьмём! Шесть банок!
— Коль, нафига!? Давай три! Пропадут же!
— Банки под грибы, под варенье пригодятся!
— Ты уверен что мы соберём, а не сожрём сразу, на шесть банок ягод и грибов?
— Эх, ладно! Хрен с тобой! Дайте нам четыре(!) банки кабачковой икры, рюкзак картохи, четыре буханки чёрного хлеба, бутылку лимонада, четыре пузыря и... Что это там у вас на полке, я плохо вижу? А! Насадочные кольца для фотоаппарата? И их — тоже!
Расплатились. Ушли. Вернулись к мужикам.
А Колян же — рыбак, как было упомянуто. Ну и он взял с собой «на первые дни» банку мотыля (ровно такую же, 400-т граммовую). На прикормку. Когда мы только на реку пришли, мотыль казался полусдохшим, подванивал и вообще — не внушал доверия. Но, Коля его промыл, остудил и червячки, на следующий день, порозовели и бодренько так зашевелились. Колька за ними тщательно ухаживал.
Ушли мы от деревни и, на следующий день, погода резко испортилась. Заволокло всё тучами серыми, пошёл дождь. Причём не моросящий, а такой, уверенный. Ни поесть толком приготовить, ни занырнуть за рыбой (темно, нифига не видно), ни в лес сходить — одна вода кругом. Короче говоря — тоска и уныние.
День просидели, периодически вылезая, с грехом пополам, приготовить чаю. Второй сидим, и тут кто-то подаёт идею:
— Делать нефиг. Давайте бухнём.
— О! Точно! Давай бухнём! Открывай-наливай!
Бухнули по полкружки. Опять сидим как совы. В палатке — темень. Вечер. И, как на зло, батарейки в фонаре оказались саженые, надо экономить. Спать — вообще неохота, выдрыхлись за сутки.
Тут Сыр — Вовка Сыромятников, подаёт голос:
— Не, ну чо, по-одной было, давайте уже дальше, а то что-то тоска вообще. Тока закусить надо чем-то.
— А чем?
— А... О! У нас кабачковая икра есть! Ща, с хлебушком, будет порядок.
А одну банку мы уже открыли-попробовали. Все припасы, рюкзаки, мешки стоят в предбаннике. Я там, внизу фотку прикрепил — практически та-самая палатка.
Ну и под бодрые возгласы одобрения Сыр лезет в предбанник, достаёт открытую банку. Наощупь нарезаем хлеб, намазываем икру, выпиваем, закусываем.
— Не, что-то, всё-таки, икра какая-то недосоленная!
— Да! Точно!
— Точно! Давайте ещё по-одной!
Накидаться не накидались, но спать попадали. А снаружи поливает... поливает... поливает...
Утром проснулся от того, что в палатке душно. Наружу вылез — солнышко. Блестит всё, искрится! Отлично! Надо сделать чаю!
Следом за мной вылез Коля и давай шуробить под тентом.
— Коль, что ты там ищешь?
Колька высовывается головой из предбанника:
— Борь, а куда я поставил банку с мотылём?
— Так... вроде под тентом была, а что?
— Не могу найти!
Искали долго. Не нашли. Точнее нашли — пустую. Потом практически весь день друг с другом не разговаривали.
Вечером. Сижу рядом с Сыром. У него выражение лица — тоска неизбывная.
— Вох, ты что?
— Чую.
— Что?
— В кишках шевелятся.
— Кто!?
Вовка оборачивается ко мне:
— Те, кого мы вчера сожрали! Вот кто! Теперь комарьём изойдём! Не-ет, Борь, правильный у нас принцип, всё-таки: Пока всё не выпьем — ничего не делаем!
|
|
</> |
Инспектор ПДН и школа давят на ребенка: законно ли это и как защитить сына в 2026 году? 
Когда закончится бардак?
просто так 
Тёплая ванна и холодный шок: почему привычка брать телефон в воду едва не убила 
Правда ли, что после определенного возраста нельзя заниматься бегом, а то 
Роковой прыщик королевы 
