Хозяин церковной Москвы...

kalakazo — 12.07.2019 В продолжение темы Они верующие, но по-своему, по своим понятиям...

«ПОД СЕНИЮ АРСЕНИЯ...»

Николай Панкратов:

"Созданная покидающим Москву митрополитом система продемонстрировала худшие черты еще советской патриархийной «вертикали»

Постановлением Синода РПЦ МП от 9 июля с.г. завершилось многолетнее пребывание в Москве теперь уже бывшего Истринского митрополита Арсения (в миру – Юрия Епифанова). При размышлении о его 29-летнем владычествовании в церковной Москве вспоминаются строки из известного стихотворения Александра Блока:

«В те годы дальние, глухие,

В сердцах царили сон и мгла:

Победоносцев над Россией

Простер совиные крыла…»

Прошедшее 30-летие было для церковной Москвы временем, когда Арсений Епифанов распростер над нею свои «совиные крыла», являясь практически полновластным ее хозяином. С полной определенностью об этом можно говорить применительно к периоду, когда у руля власти находился покойный Патриарх Алексий (Ридигер). В первые годы патриаршества Кирилла (Гундяева) могущество первого викария несколько пошатнулось, но с течением времени, благодаря безразличию Патриарха к делам своей епархии и мастерству интриги, Арсений постепенно почти восстановил свое былое влияние.

Конечно, какое-либо сравнение Арсения с К.П. Победоносцевым невозможно, так как бывший хозяин церковной Москвы в отличие от знаменитого обер-прокурора не имеет достаточного интеллектуального уровня, да и широта размаха и специфика его церковной деятельности совершенно иные. Хотя нельзя утверждать, что в период патриаршества Алексия (Редигера) Арсений не оказывал влияния на общецерковные дела. Известен, например, его большой вклад в дело прославления «во святых» Матроны Никоновой – почитание которой, приобретшее явно языческий характер, в наибольшей степени характеризует религиозность самого Арсения.

Юра Епифанов родился в подмосковном рабочем поселке Востряково Домодедовского района в 1955 году. По окончании школы вопрос о получении высшего светского образования перед Юрой даже не стоял и он направил свои стопы на Казанский вокзал, где работал оператором на местном почтамте. Затем была служба в Советской армии, по окончании которой началась церковная карьера новоиспеченного Липецкого митрополита.

Еще недавно были живы люди, помнившие, как кудрявый юноша в рубашке, застегнутой до самого ворота, приезжал на велосипеде алтарничать в храм св. Николая в Бирюлеве, настоятель которого прот. В. Моисеев почему-то проникся доверием к молодому человеку. В 1976 г. Юрий Александрович поступил в Московскую духовную семинарию. В 1983 году он оказался техническим помощником (личным референтом) митрополита Таллинского и Эстонского, а затем Ленинградского и Новгородского Алексия (Редигера). Как рассказывал автору этих строк другой помощник названного митрополита – ныне архимандрит Иоанн (Экономцев), - Юра таскал митрополичьи чемоданы и прислуживал своему патрону поистине с собачьей верностью. И будущий Патриарх выдвинул своим помощником в архиерейском сане не писавшего ему речи интеллектуала о. Иоанна (Экономцева), а таскавшего его ручную кладь Юрия Епифанова. Что же касается Юры, то с присущим ему злопамятством он последовательно преследовал не только самого о. Иоанна, но и всех тех, кто был хоть как-то с ним связан. И эта нелюбовь владыки Арсения распространилась даже на выпускников богословского института, который был создан о. Иоанном (Экономцевым) и ректором которого он долгие годы являлся.


За три десятка лет, проведенных на ключевом церковном посту в Московской епархии, Арсений (Епифанов) создал целую систему манипулирования Патриархом Алексием, которая сочеталась с изощренными издевательствами над теми представителями духовенства, кто по той или иной причине был неугоден хозяину церковной Москвы. В число неугодных владыке попадали раз и навсегда, обратного хода уже не было. Надо сказать, что неугодными были не только те, кто как-то лично провинился перед викарием, но и те, кто был хоть как поверхностно связан с неугодными ему людьми. Таковыми были и сотрудники синодальных Отделов, и студенты «экономцевского» института, и выходцы из некоторых епархий, чьи епархиальные архиереи по какой-то причине не нравились близкому к патриаршему телу всесильному Арсению.

В арсенале викария было много приемов разрушения жизни целых приходов. Для создания конфликтной ситуации, например, в храм против воли общины присылался заранее проинструктированный второй священник, в задачу которого входила дестабилизация обстановки и организация жалоб в патриархию. Такой прием в классическом виде был опробован в храме Всех святых на Кулишках при настоятеле игумене Мартирии (Багине), в храме Успения в Печатниках при настоятеле священнике Георгии Кочеткове и во многих других приходах. Травля священника Кочеткова, как иногда казалось, была любимым делом московского викария. Не менее обид и неприятностей нанес преосвященный Арсений и другим известным московским священникам, среди которых необходимо особенно упомянуть покойного о. Георгия Чистякова.

Еще одним средством борьбы с неугодными лицами из арсенала московского викария было издевательское отношение к тем иереям и диаконам, кто получил рукоположение вне г. Москвы и впоследствии пытался войти в штат городского клира. Викарий предлагал такому соискателю места найти себе настоятеля, который возьмет его к себе на приход. Это оказывалось непосильной задачей, так как всякий, кто давал было согласие на прием к себе упомянутого клирика, получал окрик из Чистого переулка и отзывал свое решение без промедлений.

Большое развитие при митрополите Арсении получило использование анонимных писем в отношении неугодных ему клириков. Подобного рода писания не просто рассматривались преосвященным, но и тиражировались им в Москве. И в то же время жалобы прихожан в отношении угодных Арсению священнослужителей, исполненные горя и слез, скрепленные сотнями подписей с адресами и телефонами, оставлялись совершенно без внимания и часто даже без формального ответа.

Деятельность митрополита Арсения на посту московского викария заслуживает пера мастера художественного слова и компетентного историка Церкви. Она в наибольшей степени характеризует порочность той церковно-административной системы, которая установилась у нас в стране в годы советской власти. И архиерейский произвол – составная и очень характерная черта указанной системы, так мало общего имеющей с истинной Христовой Церковью."
отсюда

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив