Горбачев, Хонеккер, Полимер
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
![Горбачев, Хонеккер, Полимер Горбачев, Хонеккер, Полимер](/images/main/gorbachev-honekker-polimer-d8ccbe.jpg?from=https://ic.pics.livejournal.com/watermelon83/60539528/18145275/18145275_800.png)
Осень 1988 года, М.С. Горбачев ведет неофициальный диалог с бессменным лидером ГДР Эрихом Хонеккером. Рядом с вождем "демократической Германии" секретарь ЦК СЕПГ по экономическим вопросам Гюнтер Миттаг, "за спиной" у Михаила Сергеевича член Политбюро ЦК КПСС Н.Н. Слюньков и постоянный представитель СССР в СЭВ А.К. Антонов.
Разговор идет доверительный, как это принято у товарищей из братских компартий. Этому не мешает даже то, что Горбачев смотрит на Хонеккера как примат на динозавра - с удивлением и некоторой брезгливостью, тогда как саарец не особенно скрываясь считает ставропольца опасным чудаком, если не хуже. Поэтому из протокола этой встречи вышла бы неплохая пьеса, в духе древнегреческих комедий.
Вы там публикуете разное, - подавляя раздражение говорит Эрих, - а нам это в ГДР аукается. Но у нас-то с экономикой и политической обстановкой все в порядке, так почему же?.. Но мы, однако, безусловно желаем успеха перестройке. Да-да, - несколько нервно соглашается Горбачев и неожиданно "вспоминает" ряд отдельно-массовых инцидентов, изрядно подрывающих дружественные экономические связи двух социалистических республик.
То ли заранее подготовившись, то ли обладая прекрасной памятью, но Хонеккер не без изящества переводит стрелки на советских товарищей, приводя конкретные и довольно-таки унизительные примеры. Михаил Сергеевич примирительно трубит в рог перемирия и уводит разговор на империалистов. Наконец, высокие договаривающиеся стороны встают на общую платформу и выдают оценку положения в Западной Европе. Впрочем, все опять зависит от следующих президентских выборов в США.
Итак, прошу под кат.
Горбачев -
Хотя ваш визит на этот раз короткий, рабочий, по содержанию он не уступит официальному. Можно сказать, что это соответствует духу перестройки и новому мышлению — поменьше фанфар, побольше дел…
Хонеккер -
Наши отношения находятся на таком уровне близости и доверительности, что я могу откровенно сказать о том, что нас беспокоит. В вашей печати иногда появляются публикации, не совпадающие с твоим выступлением. Они порождают у нас дискуссии. До сих пор мы проводили четкий курс и получали поддержку и понимание у своего народа и у братских партий. Надо иметь в виду, что для миллионов наших людей Советский Союз всегда был ориентиром, поэтому, когда ставятся под сомнение достижения Октябрьской революции, то это вызывает недоумение. <...>
Для меня и большинства наших товарищей нет никаких сомнений в том, что перестройка в СССР является исторической необходимостью, и мы уверены, что она пробьет себе дорогу. Хотя речь при этом идет о проблемах Советского Союза, мы их рассматриваем как собственные. Ведь идеалы марксизма-ленинизма неразделимы, по-прежнему в силе лозунг «Манифеста Коммунистической партии»: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Поэтому у нас в ГДР огромный интерес к развитию Советского Союза. Конечно, есть при этом правильные оценки, а есть и неправильные.
Горбачев -
И у нас есть.
Хонеккер -
Недоразумения возникают обычно из-за отдельных публикаций. Помню, в 1985 году на мое замечание ты сказал, что для ускорения научно-технического прогресса нам нужна боевая атмосфера в обществе. В то время я не полностью понял смысл этого высказывания. Мне тогда, честно говоря, не была, как сейчас, видна вся глубина застойных явлений.
Горбачев -
И нам до конца не было ясно.
Хонеккер -
Я твердо исхожу из необходимости перестройки, как ты ее изложил. Нужно упорядочить функции партии и укрепить ее связь с массами, следовать ленинской концепции социалистического строительства. Это то, что нас объединяет. Откровенно скажу, было время, когда мы за основу всей идеологической работы СЕПГ брали ленинские работы «Что делать?» и «Очередные задачи Советской Власти». Не хочу утверждать, что мы у себя все делали правильно, но ведь совершенно верно ты говорил, что в каждой стране процесс социалистического строительства проходит по-своему. <...>
Надо признать, что и у нас своих проблем немало. О них говорилось на XI съезде СЕПГ. Сейчас идут перевыборы в партийных организациях, в собраниях участвуют 94,8% коммунистов. Это очень высокий процент. В центре внимания, во-первых, построение развитого социалистического общества, что мы по-прежнему ставим как свою главную цель, а во-вторых, идейно-политический отпор враждебным наскокам с Запада. Буржуазная пропаганда сейчас налегает на то, что якобы пример Польши, СССР и других стран свидетельствует о неудаче социалистического эксперимента. Они, конечно, не ссылаются на твои выступления, цитируют некоторые высказывания, которые появляются под лозунгом социалистического плюрализма в «Литературной газете», «Огоньке», «Новом времени».
Горбачев -
То, что говорит буржуазная пропаганда, для нас не новость. Там иногда заявляют, что Горбачеву осталось работать месяц, перестройка отвергается народом, бюрократия все похоронит и т.д. Подбрасываются советы народу нажимать на руководство или, наоборот, руководству — идти на сдачу принципиальных позиций.
Говорят, что в СССР перестройка идет, а в ГДР — нет, что якобы между руководством двух стран напряженные отношения. Словом, стараются поссорить нас. Но мы не будем, естественно, поддаваться на провокации. Я убежден, что лучшая защита перестройки — это уверенно вести ее дальше, обеспечивать удовлетворение потребностей людей.
Хонеккер -
В этом отношении у нас нет трудностей. Экономическое развитие ГДР идет неплохо. А что касается социального развития, то оно, надо признать, даже превышает наши возможности. Проблема, однако, в том, что круглые сутки ведется пропаганда с Запада на территорию ГДР...
У нас также проявляется некоторая озабоченность событиями в Азербайджане, Армении, Прибалтике, а также созданием партии «Демократический союз».
Горбачев -
По вашим данным, она уже создана?
Хонеккер -
Нет. Но на Западе идет пропаганда...
Горбачев -
Если у тебя будут трудности с объяснением, позвони мне, я приеду, мы вместе пойдем в массы и растолкуем, что у нас происходит — развитие социализма или нет. Но я уверен, что руководство СЕПГ лучше подготовлено, чтобы отвечать на вопросы своих граждан…
Хонеккер -
Ты и Политбюро можете быть уверены, что мы полностью поддерживаем вашу политику и знаем: КПСС в этом процессе является главной силой.
Что касается нашей партии, то она прошла столько испытаний, что ее ничем не поколебать. У нас всегда была в партии демократия, мы советовались с народом. СЕПГ у нас сотрудничает с другими партиями и общественными организациями, заботится о том, чтобы у них были свои представители в органах власти. У меня в Госсовете пять заместителей. Таков наш опыт, но мы не хотим навязывать его другим.
Горбачев -
У вас больше демократии в хозяйстве, полезно работают кооперативный сектор, ремесленники, мелкие торговцы.
Хонеккер -
Это старая немецкая традиция.
Горбачев -
И у нас это было при Ленине, а потом все разрушили. Разве из-за ремесленников, кооператоров у вас погиб социализм?
Хонеккер -
Вчера я давал интервью редактору испанской газеты «Эль Паис». Она спросила меня: «Вы знаете господина Горбачева. Как думаете, перестройка ему удастся?». Я ответил, что обязательно.
Президент Евангелической церкви ГДР требует, чтобы мы провели те же реформы, что и в Советском Союзе. При этом сослался на западную пропаганду. Я же ему сказал, чтобы он сам перестраивался. Социал-демократы ФРГ тоже говорят, что нам пора начинать свою перестройку, а мы им советуем начать с себя. Но все равно мы бы просили взять под контроль те неудачные публикации, которые появляются в ваших изданиях на немецком языке. Не хотелось бы, чтобы их было слишком много. <...>
Горбачев -
Рад тому, что у нас полное взаимопонимание, по крайней мере я так чувствую. Ну, а то, что вопросы возникают, — это естественно. Что касается публикаций, то мы будем иметь эту проблему в виду. Только не хотим прибегать к прежним методам: окрикам, командованию. Надо действовать политическими средствами — влиять на эти процессы разъяснением, убеждением. Ну и, конечно, есть такое средство, как кадровая политика.
На последней встрече с прессой я сказал, что у нас нет зон, свободных от критики. Мы помогаем прессе, однако, если увидим, что не встречаем отклика, что не проявляется должного внимания к тому, о чем говорит Генеральный секретарь, то от таких редакторов будем освобождаться. Они восприняли это с пониманием. Но, повторяю, нам нельзя возвращаться к старым методам. Люди все время боятся, как бы не поставили точку на гласности, считая, что это означало бы конец самой перестройки. <...>
Хотел бы задать конкретный вопрос. До нас доходит информация, будто не очень получается в вопросах кооперации с вами. Прямые связи есть, разработки есть, но, когда приходит время заняться конечной продукцией, дело не клеится. Правда, это общая болезнь СЭВ. Но его пока оставим в стороне.
Будем думать, как нашим двусторонним отношениям придать динамичный характер. Иногда возникает мысль: не пытаются ли наши и ваши хозяйственники друг друга объегорить, не в этом ли причина того, что в конечном счете не получается достаточно эффективного сотрудничества? Весь мир занимается кооперацией: а мы все ходим вокруг этой проблемы, как вокруг горшка с горячей кашей.
Хонеккер -
Нам неизвестен ни один конкретный отрицательный пример в этой области.
Что же касается положительного опыта, то у вас всего полтора месяца назад был генеральный директор комбината «Карл Цейс» товарищ Бирман, встречавшийся с министром электронной промышленности СССР Колесниковым. У них было полное совпадение мнений по вопросам сотрудничества в области микроэлектроники. Они определили направления дальнейшей совместной работы. К сожалению, товарищ Колесников сообщил, что не может поставить в ГДР такое количество элементов, какое мы хотели бы.
Второй пример — световоды. К проводимым в ГДР работам по этой тематике с самого начала подключено ваше соответствующее министерство, с ним налажено прекрасное сотрудничество. Я сам посещал у нас молодежный объект, на котором ведется работа по световодам, и имел возможность убедиться в этом.
Сотрудничество с вашими инженерами осуществляется также в вопросах керамики, хотя нас тут несколько стесняют положения западного эмбарго против соцстран.
Горбачев -
У нас с вами заключено 140 соглашений о кооперации, а фактическая производственная кооперация осуществляется только по семи из них. В этом слабая сторона нашего сотрудничества.
Антонов -
Научно-техническое сотрудничество между нашими странами поставлено в целом неплохо. На ГДР приходится 30% объема нашего сотрудничества в этой области со странами СЭВ. После встречи товарищей Горбачева и Хонеккера в 1986 году был принят план дальнейшей работы на этом направлении. Но получается так, что в рамках этого сотрудничества ГДР умело использует результаты наших фундаментальных исследований, а советской стороне не удается столь же эффективно использовать достигнутые ГДР результаты в прикладных областях.
Хонеккер -
Я не знаю, в чем тут причина.
Горбачев -
Да, в этом надо разобраться.
Хонеккер -
При развитии прямых связей иногда возникают помехи из-за того, что соответствующие советские предприятия принимают решения, не согласующиеся с тем, что ранее было обговорено на более высоком уровне. Я уже приводил пример об отказе производственного объединения в Ленинграде поставлять оборудование для наших АЭС. Это ставит под угрозу всю программу развития атомной энергетики в ГДР. Нам ФРГ предлагает построить АЭС на территории ГДР, но нам нужно не это, а чтобы Ленинград не отказывался от своих обязательств.
Горбачев -
По справке товарища Антонова у нас никто об этом шаге ленинградцев не знал.
Хонеккер -
Другой пример — по паромной линии Мукран–Клайпеда. Это фактически наше с вами совместное предприятие. В свое время вместе решили использовать на этой линии шесть судов. Затем летом советская сторона вдруг сообщила нам, что шестое судно не нужно. Мы возразили, затем три месяца велись переговоры, пока с советской стороны было дано согласие на спуск этого судна.
В то же время есть примеры хорошего сотрудничества — по Нововоронежскому и Клинскому заводам.
Горбачев -
У нас тоже имеются свои примеры, но не хотелось бы этим заниматься. Надо, видимо, преодолеть взаимное недопонимание и опять возникающее у некоторых советских товарищей впечатление, будто ГДР хочет сотрудничать только там, где это ей выгодно, а в других областях не хочет. Может быть, это явление упирается в механизмы управления: для завершения производственной кооперации наши предприятия выходят на комбинаты ГДР, а им из Берлина не разрешают действовать самостоятельно?
Возможно, сказывается при этом и неразворотливость наших министерств.
Хонеккер -
У нас нет никаких тайн от советских товарищей. Когда приедете в ГДР, приглашаю вас посетить любое предприятие по вашему выбору. Имеется много фактов прекрасного, налаженного научно-технического сотрудничества между нашими странами, когда быстро заключаются конкретные договоренности и о поставках, и о ценах, и насчет кооперации. Например, завод прессового оборудования в Эрфурте 80% своей продукции поставляет советской автомобильной промышленности.
Горбачев -
Если говорить конкретно, то из 48 пар предприятий, заключивших соглашения о прямых связях, лишь у 25 пар предусмотрено кооперационное сотрудничество, а фактические поставки комплектующих изделий осуществляются лишь между семью парами. Общая сумма таких поставок — 80 млн рублей, то есть 1% объема товарообмена. В то же время поставки в ГДР комплектующих изделий из капиталистических стран растут более быстрыми темпами.
Надо разобраться с этим вопросом. Почему нет интереса у ваших хозяйственников к такого рода сотрудничеству с нашими предприятиями? Может быть, технический уровень советских изделий низок?
Слюньков -
Можно привести следующий конкретный пример, когда ГДР заинтересована в научно-технических разработках, но не в поставках связанных с этим изделий в СССР. Ни у нас, ни у вас не было полиэтилена, покупали его за валюту. Создали совместную научную организацию, где ГДР играла головную роль, и разработали установку «Полимер-50». Соответствующие мощности были построены на основе кооперации и в СССР, и в ГДР. Но как только ГДР обеспечила свои потребности в этой продукции, ваши машиностроители стали отказываться поставлять оборудование и нам пришлось искать самостоятельное решение этой проблемы.
Получается так, что в сотрудничестве по Комплексной программе научно-технического прогресса в СЭВ у нас все оканчивается научной разработкой. Но нет выхода на кооперацию и организацию производства на основе специализации. Поэтому мы договорились с товарищем Миттагом проанализировать этот процесс и принять необходимые решения…
Хонеккер -
Вопросы, которые поднял Михаил Сергеевич, быстрее всего, как мне кажется, можно решить, если наши министры вместе посмотрят, где еще имеются помехи. Для ГДР это крайне важно, так как доля СССР в нашей внешней торговле составляет почти 40%, а всех соцстран — 70%. И только 30% приходится на капиталистический мир, причем 15% из них — на развивающиеся страны. Уже из того, что друг для друга мы крупнейшие партнеры, следует, что у нас в нашем экспорте нет и не может быть разделения товаров по качеству: одни — для Запада, а другие — для Востока.
Важно также завершить работу над двусторонней Концепцией экономического и научно-технического сотрудничества до 2000 года. Мы утвердили ее проект на Политбюро ЦК СЕПГ еще 28 июня этого года, но совместного решения пока так и нет. В чем тут дело? Ведь с ней согласны и Госпланы наших стран.
Я предлагаю поручить товарищам Миттагу и Слюнькову разобраться в этих вопросах, определить конкретные сроки и ответственных, исполнителей.
Горбачев -
Все сказанное в этой связи говорилось с единственной целью — снять имеющуюся обеспокоенность. У нас не было и нет двойного подхода к сотрудничеству с ГДР, но должен соблюдаться принцип взаимности. Наши товарищи докладывают, что, к примеру, машиностроительные комбинаты ГДР стремятся сотрудничать преимущественно на стадии научно-технических разработок, а их реализацию берут на себя. А потом получается, что они не заинтересованы в выпуске той или иной продукции. Во всяком случае, у нашей стороны такое впечатление есть. Это и наша проблема, но и вам это следует учитывать. Мы за то, чтобы двигать наше сотрудничество вперед.
Хонеккер -
То, что ты говоришь, для нас совершенно неожиданно. Мне это не совсем понятно. Например, технический университет в Карл-Маркс-Штадте тесно сотрудничает с машиностроительным комбинатом им. Фрица Геккерта. И там работают советские специалисты, которые точно знают, сколько и чего производится. В ГДР вообще нет ни одного крупного предприятия, на котором бы не присутствовали советские специалисты. Надо, видимо, вызвать соответствующих министров. Пусть они представят конкретные доказательства того, что сторона ГДР получает разработки, а конечными результатами не делится.
Со своей стороны хотел бы обратить внимание на такой факт. По нашему совместному контракту на одном из предприятий комбината «Карл Цейс» изготовлялись ракеты класса «воздух–воздух». Сейчас контракт истек. На складе все еще находятся 600 ракет. Мы теперь не знаем, что с ними делать, поскольку никто их не берет. А завод, видимо, придется закрывать.
Горбачев -
Для нас это тоже новость. Такое положение никуда не годится. Правда, говорят, что наше сотрудничество с «Цейсом» несколько осложнилось с приходом туда нового генерального директора.
Хонеккер -
Мне докладывали, что недавно генеральный директор товарищ Бирман побывал у своих партнеров в СССР. Ему все показали, за исключением одной лаборатории. Как будто между нами налажено взаимопонимание. К тому же на «Цейсе» также есть ваши специалисты.
Горбачев -
Надо все же снять эту проблему, чтобы у участников сотрудничества не возникало негативных настроений по отношению друг к другу. Я считаю, что для СССР, даже если оставить в стороне стратегические вопросы, экономическое сотрудничество с ГДР является необходимым и полезным.
Хонеккер -
Я тоже за устранение возникших недоразумений. Со стороны ГДР нет никаких идеологических или политических препятствий для развития производственной кооперации. Хочу это еще раз подтвердить. Разумеется, такому сотрудничеству надо обеспечить долгосрочный и стабильный характер, очень важно на основе нашей кооперации обеспечить прорыв в области ключевых технологий, особенно в микроэлектронике.
Горбачев -
Верно, тогда мы сможем добиться технологической независимости от Запада.
Хонеккер -
В том, что касается микроэлектроники, мы независимости уже добились. В ГДР сами добываем кремний и производим арсенид галлия. Надо только наращивать совместное производство компьютеров. Мы уже начали поставлять 16-разрядные компьютеры в ФРГ.
Горбачев -
Мы сейчас переживаем компьютерный бум. Вопросы отраслей огромны. Нам следует, видимо, разгрузить Министерство электронной промышленности от мелочей и оставить за ним только элементную базу. Будем считать, что с экономикой мы договорились, никакого кризиса между нами нет.
Предлагаю теперь обменяться мнениями в связи с предстоящим визитом канцлера ФРГ Коля в СССР.
Хонеккер -
Согласен.
Горбачев -
Как нам видится, западные немцы отдают себе отчет в том, что их отношения и с нами, и с вами представляют собой своего рода треугольник. Это, пожалуй, хорошо. Политическая линия в отношении ФРГ у нас с вами согласована. Можем не знать частностей, но в принципе все ясно.
В контактах с ними мы всегда отстаиваем не только свои, но и ваши интересы. Интересы СССР и ГДР для нас равнозначны. Причем подчас именно ваши выдвигаем на первое место. Может быть, иногда и резко, но будем им говорить именно так.
Оценивая нынешнюю ситуацию в ФРГ, мы исходим из того, что в западногерманском обществе произошли определенные перемены, усилились настроения в пользу развития нормальных взаимовыгодных отношений с соцстранами. Думаю, созрели предпосылки для того; чтобы нам сделать новый шаг в отношениях с ФРГ. Это отвечало бы нашей согласованной политике и на ФРГ, и на Европу в целом. А с другой стороны, это может оказать сдерживающее влияние на ФРГ в вопросах ее участия в западноевропейской военной интеграции и особенно военной кооперации с Францией. В любом случае это будет важный визит: о его результатах мы вас подробно проинформируем…
Хонеккер -
Мы полностью разделяем ваш подход к отношениям с ФРГ. Я информировал уже о том, что в ходе своего визита в Бонн ни я Колю ничего не уступил, ни он мне. Однако если мы хотим серьезно говорить об «общеевропейском доме», то без широкого сотрудничества с ФРГ такого разговора не получится. На сегодняшний день это самая крупная и сильная как в экономическом, так и в военном плане капиталистическая держава в Европе. Еще на совещании ПКК в Варшаве я говорил, что нельзя делать ставку на одну из политических сил в ФРГ, надо строить отношения с тем правительством, которое в данный момент находится у руля.
Из весьма близких к Колю кругов мы получили доверительную информацию, согласно которой в ходе своего визита в СССР канцлер намеревается в основном решить экономические проблемы, а уже во время твоего ответного визита в Бонн поднять политические вопросы. Дело в том, что сейчас он вынужден действовать с постоянной оглядкой на результаты президентских выборов в США.
С другой стороны, и в самой ФРГ ситуация довольно противоречива. Несмотря на высокий уровень безработицы, страна переживает экономический подъем. В последнее время чаша весов постоянно колеблется в сторону то СДПГ, то ХДС/ХСС. И хотя почти на всех последних выборах в земельные парламенты ХДС несла потери, а СДПГ прибавляла, шансы их примерно равны, а резервуары избирателей обеих сторон составляют около 40%. По словам социал-демократов Лафонтена, Энгхольма и Шрёдера, с которыми мы в последнее время беседовали, если в ближайшем будущем произойдет падение конъюнктуры, то СДПГ может рассчитывать на победу на выборах в бундестаг 1991 года в коалиции либо с «зелеными», либо с СвДП. <...>
Серьезные вопросы встают в связи с планами создания единого западноевропейского рынка, которые вызывают тревогу даже в США. В начале этого года в ходе нашей беседы в Париже Миттеран говорил мне, что западные немцы ведут себя заносчиво, хотя особых оснований для этого нет, ведь Франция, мол, не слабее ФРГ. Примерно в том же духе высказывается и Маргарет Тэтчер.
Горбачев -
А де Мита вообще заявляет, что Италия — наиболее динамично развивающаяся страна Запада.
Хонеккер -
Это говорит о том, что между западными европейцами сохраняются разногласия. Именно поэтому, на наш взгляд, Коль будет стремиться к тому, чтобы в Москве добиться как можно больше экономических результатов.
И все же мы считаем, что страны ЕЭС в итоге договорятся между собой. Они уже ввели универсальную расчетную единицу — экю, которая получит хождение наряду с национальными валютами. Чтобы не быть голословным, хочу передать тебе в качестве сувенира монету достоинством в 50 экю.
Горбачев -
Спасибо. Кстати, а почему бы нам не ввести в СЭВ единую валюту?
Хонеккер -
Мы не против этого, но считаем, что пока это дело нереальное. В рамках СЭВ мы представляем собой коллектив, внутри которого идет товарообмен. Однако специфика каждой страны, в частности ценообразование, своя. Другое дело, когда у нас будет создан общий товарный рынок.
Горбачев -
Может быть, наши товарищи встретятся по этому вопросу?
Хонеккер -
Хорошо, мы за предварительные консультации.
Пока же, как мы считаем, нам следует создавать организацию объединенных социалистических государств Европы. Надо уже сейчас продумывать дальнейшие этапы нашего развития вне зависимости от того, все ли наши страны согласятся с этой идеей или нет. Господство транснациональных монополий в Западной Европе значительно упрощает создание таких форм политической интеграции, как, например, Европарламент. К этому следует добавить, что к 1992 году страны ЕС не будут иметь между собой границ. С согласия стран — членов СЭВ ГДР установила дипотношения с ЕС и таким образом впервые добилась того, что ФРГ, как член сообщества, вынуждена была признать ГДР «заграницей».
Горбачев -
Мы постоянно чувствуем с западногерманской стороны зондаж: а не удастся ли в ходе предстоящего визита вывести нас на какие-то новые подходы к западноберлинской проблематике. Лезут к нам по поводу Четырехстороннего соглашения, которое проверено жизнью. Так что мы подтвердили наши позиции, а если возникнет что-то новое, то все равно никаких обещаний давать не будем.
Хонеккер -
ФРГ хочет добиться признания Западного Берлина в качестве федеральной земли. Правда, после вашего ответа на памятную записку трех западных держав по воздушному сообщению, с которым мы полностью согласны, в Бонне, похоже, наступило отрезвление.
Когда я был с визитом в ФРГ, Коль тоже поднимал этот вопрос. Я сослался на четырехстороннее соглашение по Западному Берлину. <...>
Горбачев -
Да, ФРГ постоянно нарушает Четырехстороннее соглашение. Вот и сейчас западные немцы добиваются включения в состав делегаций бундестага ФРГ депутатов от Западного Берлина.
Хонеккер -
Это верно. Однако, если вы будете твердо выступать против этого, то встретите поддержку трех так называемых западных держав-защитниц. В последнее время они очень чувствительно реагируют на малейшее ущемление их прав в Западном Берлине. Например, недавно они отклонили даже просьбу западноберлинского правящего бургомистра об отмене утратившего всякий смысл постановления союзнической комендатуры конца 40-х годов о введении смертной казни за ношение холодного оружия. Так что при всех разногласиях США, Англия и Франция едины в одном — в стремлении сохранить свои позиции в Западном Берлине.
Суммируя сказанное, хочу отметить, что Коль, на мой взгляд, вполне приемлемый партнер по переговорам. Правда, ему не всегда хватает политической самостоятельности и глубокого знания проблем.
Горбачев -
Геншер выигрывает на фоне столь нечетких позиций канцлера.
Хонеккер -
Да, он более самостоятельно выступает за развитие отношений между Востоком и Западом.
Горбачев -
Если у нас еще что будет перед визитом Коля, мы тебя проинформируем. Если нет, вместе обсудим итоги визита.
Думаю, что действуем правильно как в контексте Восток–Запад, так и в контексте двух германских государств.
Хонеккер -
Полностью с этим согласен.
|
</> |