Гангрена мозга

tasha_jardinier — 11.12.2015

Я под таким сильным впечатлением, что не могу удержаться и нарушаю свое правило: никакой политики. Хотя какая это политика. Это какая-то гангрена мозга. Полная атрофия родственных чувств.

Во времена моей юности мало кто мог позволить себе отпуск на курорте или в путешествии. Детей из городов или холодных мест нашей необъятной страны родители по большей части вывозили на лето к бабушкам-тетушкам. Вот и у нас собиралась разношерстная компания детворы, девизом которой можно было бы смело взять «Я, ты, он, она – вместе целая страна». Кто-то приезжал к бабушке с Урала, кто-то из Казахстана, из Вологды и Ленинграда, Киева и, естественно, из Москвы.

К давней приятельнице моей мамы из Киева приезжала младшая сестра Тома с дочкой Лялей. Тома из жуткой тьмутаракани под названием станция Темкино Смоленской области попала в Киев после окончания института и всю жизнь проработала инженером в конструкторском бюро. Из Темкино вслед за ней уехал и ее будущий муж Степан, устроился в это же бюро электриком. В общем, простые русские ребята. Ляля выросла, замуж не вышла, но родила сына, как говорят, от гостя с Кавказа, но в угаре самостийности, как раз был разгар 97-го года, записала Толика украинцем.

Через год умер Степан, сгорел от рака буквально за три месяца, а вместе с ним ушел и относительный достаток: болезнь съела сбережения, Тома осталась с нищенской зарплатой, на которую пришлось жить всей семье. И Ляля, квалифицированная медсестра, уехала в Германию, где за уход за престарелым ей платили в несколько раз больше, чем в киевской клинике. Сына оставила бабушке.

Теперь уже внука Тома привозила к своей сестре, откармливала, водила на платные уроки музыки. В те годы мы часто общались, выгуливая на берегу пруда я собаку, а Тома внука. И я помню, как она жаловалась мне, что дочка вообще не приезжает, только звонит раз в месяц и присылает немного денег. Ляля замуж в Германии не вышла, хотя красотка необыкновенная. Старик, которого выхаживала без выходных и отпусков 7 лет, умер, не оставив ей в благодарность ни пфенинга. И Ляля полгода мыла бассейн в маленьком баварском городке, пока не нашла новую работу сиделкой.

За 15 лет жизни в Европе Ляля приезжала навестить мать с сыном раза три-четыре. О тетушке, что каждое лето, в общем-то, на свои скромные пенсионные деньги по месяцу-полтора содержала киевскую родню, не вспоминала. Разве что передавала приветы, когда звонила матери.

С началом Майдана Ляля стала активно участвовать в политической жизни украинцев, живущих за границей, я читала ее пламенные воззвания в Фейсбуке. Да Тома регулярно захаживала на Майдан с кастрюлькой борща. С тех пор в регулярных общениях сестер, разделенных границей, наступило напряжение. Тома злилась, обзывала родню москалями, которые хотят захватить ее Киев.

Всю эту историю рассказала мне Марина этим летом. Говорила тихо и грустно, с такими горькими вздохами, что хотелось ее обнять и защитить. Они вообще, очень разные сестры – Тома из тех, что пробьют стену, а Марина кроткая, вечная нянька для любого, кто покажется сирым.

Последний раз Марина говорила с сестрой в сентябре, опять поссорились. С тех пор сама не звонит, и Тома молчит. Но деньги, которые ей каждый месяц посылает сестра, отрывая от своей пенсии, принимает.

А тут Марина собралась ложиться на операцию, стала звонить, чтобы «попрощаться на всякий случай», а телефон молчит, и сотовый Толика отключен (господи, причитает она, ему же уже 18, неужели в армию забрали). Молчит телефон и у соседей по дому. Лялин же телефон и адрес Марине неизвестны. Вот и попросила мне, связаться с племянницей в фейсбуке.

Не откладывая в долгий ящик, тут же зашла Лялин блог. Судя по всему, она там пасется каждый день. Оставила сообщение. Ночью пришел ответ: Я с матерью общаюсь только по пятницам, передам, что тетка в больницу ложится. Не думает же она, что мать поедет к ней горшки носить…

И все! Я, наверное, дура, но после прочитанного, не могла уснуть до утра. И не знаю, что сказать Марине, вот уже два дня вздрагиваю от каждого звонка, вдруг это она звонит, напоминает о себе.

Нет, она не одинока, вырастила замечательного сына, внуков, уже и правнук на подходе. Но я как вспомню худенькую, маленькую, совсем по-старушечьи причитающую «как же так, она же сестра мне, больше же у нас никого нет», так вся моя решимость поговорить с ней пропадает.

Как же должна была перепахать жизнь людей, чтобы родная кровь стала болотной водицей? Какие страшные язвы выгрызла гангрена в мозгах людей, сделала черными и вонючими их мысли и поступки…

Оставить комментарий

Популярные посты:

nero

Мужские ботинки непромокаемые: секреты технологии и правильного выбора

• Ранее
• Архив