
F**k the war!

Эти деньки, конечно, дарят совсем новые ощущения. Теперь и нашему поколению выпало прочувствовать, что скрывается за фразой "лишь бы не было войны".
Война из разного возраста, из разных социальных условий воспринимается по-разному. Наверное, есть люди, которые даже рады. Часть из них просто сумасшедшие или азартные до приключений, другие, очень немногочисленные, знают, как заработать на этом. Есть также большая группа диванных имперцев, которые между принятием соевых сосисок и дешёвой водки чертят на карте красные и синие стрелки и захватывают Вашингтон.
Но я вот о нас, о нормальных людях, о большинстве. Прислушайтесь к своим чувствам сейчас, какие они? Мои, если честно, не очень.
Что я мог бы вспомнить на эту тему? Первая Чеченская – я ещё школьник. Да и во дворах палили порою так... Короче, специального ужаса по этому поводу не помню. В стране был тотальный угар.
Вторая Чеченская – да. Я выпускался из школы в 1999 году. Мне тогда говорили: не поступишь в институт, заберут, поедешь. Мой двоюродный брат поехал, кстати. Помню известие от тёти Лены: да, забрали туда. Нервно было. Но вернулся живой, всё хорошо. Были мерзости вроде терактов, но было понимание, что война необходима, вопрос надо решить. Как сказал тогда один политик, "вы уж меня извините, если в туалете их найдём..."
080808? Всё случилось внезапно, прошло скоротечно. Никто испугаться не успел. Что-то потом суетился Саркози, ездил тут. Был закономерный гнев, было одобрение, что раздавили этого гадкого клопа. Не взяли Тбилиси, да и не нужно оно было.
Крым, весна 2014. Всеобщая эйфория. Та весна вообще вспоминается как сказка. Если помните, началось всё с триумфа нашей олимпийской сборной в Сочи. Финиш 50-километровой гонки лыжников. Севастополь случился всего-то через несколько дней. Неожиданно, величественно. Кадры с боевыми вертолётами. Потом Симферополь. 2 с небольшим недели, и всё: подписание в Кремле.
Меньше всего это было похоже на войну. Триумф военных людей без единого выстрела, только на одном лишь уважении к нашей силе. Войной начало вонять потом. С ужасной Одессы 2 мая и далее с трагедией Донбасса. Это не воспринималось как война России, но очень жаль было людей, которые под прицелами телекамер гибнут и гибнут, а их снимают и снимают ради жалостливых репортажей. Как-будто они предназначены на заклание, и они – жертвы, и мы – зрители – ничего не в силах изменить.
Теперь весь мир в феврале 2022 обсуждает, когда и как Россия должна воевать с Украиной. Отвратительное безумие. Те уже вывозят свои посольства, взамен летят стаи грузовых В747 и C17 с боеприпасами. СМИ наперебой орут, что война должна начаться вот-вот, вот теперь, 16 после обеда. Чертят стрелки. Фондовые рынки падают. Переговоры, визиты, переговоры. Мы тут как два пса: вокруг все орут, делают ставки, а мы должны вцепиться друг другу в глотку, потому что очень много людей собралось именно ради этого. Нам даже есть давали, чтобы в конце концов состоялось шоу.
А мы всё спрашиваем друг друга: с чего это началось и зачем? Почему именно сейчас? Красные линии, ультиматум. Та сторона вдруг неожиданно подхватила игру, да так сама подняла ставки, что кто-то уже точно потеряет лицо. И вряд ли это будет Вашингтон. Думали, что взяли на понт, а по итогу отвечаем за базар.
Умные люди одно время объясняли: это просто кому-то надо зашортить. У кого-то очередные выборы. Кому-то просто надо отвлечь внимание от Китая. А лисички взяли спички, к морю синему пошли, море синее зажгли... Не успокаивает. Не было ещё такой оглушительной истерии. Может быть, я просто оглушён.
Слово постоянно висит в воздухе: война, война, война... Не знаю, может, потому что мне скоро 40, на шее ипотека, ребёнок-школьник и куча очень конкретных планов насчёт своего бюргерского мирка, воспринимается она не как картина героической гибели при штурме ДЗОТа или ещё более героических вылазок за линию фронта.
Думаешь ведь о той же ипотеке. О ценах. Думаешь, не поехать ли завтра и не купить макарон, пока ещё есть на что. Думаешь, как поведут себя наши многочисленные соседи, которые родом не отсюда, но кушать хотят, как и все. Думаешь о врачах, на которых вдруг не будет денег. Доллар по 100, по 150. Поножовщины во дворах по вечерам. Снятые колёса и фары. Отключение Youtube, Facebook, тотальная истерично-ублюдочная пропаганда, от которой уже точно никуда не деться. Война воспринимается вот так: крушение хоть какой-то предсказуемой относительно нормальной жизни.
Ради чего? Вряд ли кто-то ответит. Не побегут добровольцы на фронт. Не будет пионеров-героев. Кругом будут воровать с утроенной силой, кто-то будет тащить совсем уж без оглядки. Остатки нормальной жизни будут уходить, уходить, не останется денег на самое элементарное. Санкции, блокады, дефициты. Ради чего, каких красных линий, что они нам смогут сплясать?..
Второе чувство: горечь предстоящего бессмысленного поражения. Если не военного, до последующего: войны ведь затеваются, чтобы заключить потом мир в свою пользу. Наверное, есть времена, когда народы в целом были уверены в своей правоте в предстоящей войне. Ну взять даже нашу историю: фашиста бить готовы! Ужас 1941 года показал, что это на самом деле такое, бить фашиста, но воевать было за что.
Что теперь? Отдадим последнее на фронт ради имплементации Минских договорённостей? Ради включения в свой состав территорий, про жителей которых пропаганда последние 8 лет орёт, что там нелюди? Ради пресловутого подлётного времени не 5, а 7 минут? Может быть, ради новой правды, которая установится на всей Земле после взятия Полтавы и Мариуполя? А сколько времени нужно будет потом, чтобы преодолеть результаты войны? 5 лет, 10, 50? Или упадём ещё ниже и уже навсегда?
Как хотите, меня не вдохновляет. Гадкое, липкое чувство, что эту чёртову войну таки развяжут. И мы заплатим сполна. Может, соседу и второй глаз выколют, когда мы потеряем один, но только за наш счёт в Лондоне будет ещё на 10 миллиардеров больше.
|
</> |
