Дневник охоты | Мозготрах

2100г. Пятая ночь преследования. Кажется, сегодня мы окончательно потеряем темп. Здесь начинается дикая фантазия, непроходимые джунгли снов. Придется забыть о прыжках на «вертушке» и идти на ощупь. В нашем распоряжении только еле уловимый след, с которого наши сенсы постоянно сбиваются. И данные сканера снов, которому я до сих пор верю с трудом. Какого черта он пошел на этот трюк с переходом? И как он решился на этот опасный опыт? Нет, поставим вопрос иначе. Зачем ему это нужно?

Опять рассматриваю его проекцию. Кажется, знаю его характер до малейшей черточки. Но почему-то хочется снова заглянуть в этот огромный мир его воображения. Кто ты, безумец без определенных занятий?

Следующий день. Он уходит темной тропой и оказывается позади нас, удаляясь в противоположном направлении. Сенсам приходится менять излучение, очень тяжело перескакивать через подпространственную гиперболу. Иногда несколько часов кряду идем только через его примитивные образы и воспоминания детства. Ребята начинают поглядывать на меня с недоверием и отпускать замечания. Они видят, что я слишком неуверенно выбираю направление. Пока что я вяло отшучиваюсь психоанализом Фрейда. Объект в полутора тэймов пути от нас. Оставляет довольно много отчетливых следов. Как и прежде, он движется ровно, будто по ниточке. Словно его забавляет наше преследование. Иначе я это объяснить не могу. У него нет ни чего, за что мы могли бы зацепиться. Да и психотронный опыт почти отсутствует. Тем не менее, он идет очень резво. И прямо, только прямо!

Ночь, через несколько дней поисков.
Поутру, едва просыпаясь, и каждый раз, когда сенсы теряют его след, я почти всегда обливаюсь холодным потом. Ухожу подальше от группы и достаю из-за пазухи локатор, подарок доктора Кастанеды, черную коробочку с экраном из жидких эмуляторов. Нажимаю кнопку подвижных иллюзий. И на экране появляется точка. Просто точка, больше ничего. Я мог бы сейчас написать по этому поводу очень много слов. В основном ругательных. Но я не писатель, а психиатр. У меня другие цели.

Еще один никчемный день. Нам навстречу попадаются какие-то ошметки его подсознания. Кажется, он с нами играет в какую-то свою игру. Это очень неприятно. Выходит, нам досталась роль собачек Павлова. Спрашивается, какого... (зачеркнуто)...
Интересно, что он хочет доказать нам, всему миру, себе наконец?
Мы все измотаны дальше некуда. И по-прежнему болтаемся в тэйме пути от его реального образа. Самое обидное, что больше всего наше продвижение сдерживают сенсы. Они как будто, что-то осознали, чего не можем понять мы, группа психологов. Вместе с тем шансы у нас как мне кажется, неплохие. За несколько дней я просмотрел все бумаги по его заболеванию. Боже, он был когда-то моим пациентом. Да, я его пытался ввести в самоанализ, применил кучу технологий, даже капельки успокоительные выписал пару раз. Тем более что я тоже не железный, и мне тоже порой необходим отдых. Однажды я его просто отправил к своему другу, он имел большую практику и мог реально помочь. После этого критического случая, мой друг, дипломированный специалист, имевший многолетнюю практику, ушел в монастырь. Вот так-то господа присяжные-заседатели.
Начинает болеть голова от всех его переподвыподвертов. Может быть, вызвать сюда бабу Ванду из Болгарии уж она то наверно разъяснит нам идиотам, что он за хрен с горы. Пару часиков вздремнул на обычном диване. Большой перерыв для всех. Перечитал свои записи. Потом полчаса искал сенсов. Они чего-то испугались, еле-еле уговорил их продолжать работу.

Он стал проявлять чувства. Он сердится и оставляет эмоции. Честно сказать, впервые в своей практике вижу такой эмоциональный взрыв. Но это все детский лепет по сравнению с главным.
Порышкин, один из последних врачей, к кому наш герой в последнее время обращался, на все мои вопросы только мотает головой. Его тоже удивляет отсутствие логики в действиях нашего пациента. Ну зачем он хотел избавиться от невроза, большинство людей втихаря страдают, но живут потихоньку, даже иногда умудряются радоваться каким-то своим жизненным мелочам. К тому же это его злит. Еще одна загадка.

Пару дней спустя. Сенсы растворились в пространстве, как будто схлопнулись в вакуум. Проклятье! Знай я, что такое случится, попросил бы их еще вчера написать отказную записку. А ведь они меня предупреждали, что мы имеем дело с необычным явлением. Мы зависли, подобно твоему компьютеру с Windows 98, а впереди буря. И сенсы исчезли. Группа нервничает. Ребята в курсе, что наш объект - существо необычное, если не сказать хуже. И теперь, после исчезновения всех сенсов, начинают психовать.

Наткнулись на след, довольно свежий. Что такое? Ничем этот след не присыпан. Вообще, объект всегда нас игнорировал. Будто не предполагал, что мы существуем. Бред какой-то.
Теперь психанул я. Впервые локатор доктора Кастанеды дал сбой. Вместо точки на нем появилось нечто пульсирующее. Оно имеет форму улыбки, и я могу даже угадать, чьей… улыбки Чеширского кота. Что такое? Батарейки сели? Поменял, результат тот же. Вряд ли это означает, что объект совсем близко. Судя по следам, мы все еще отстаем на целый тэйм.

Принимаю решение оставить группу и работать один. Как Васька Чапаев говорил « - Два голова хорошо, один все же лучше однако». Похоже, это обрадует и тех и других. У одного нашего терапевта началась истерика. Остальные в каком-то ступоре. Скажу всем, чтобы сворачивали аппаратуру и вызывали сюда бригаду санитаров, колоть успокоительное всей группе.

13 день. Локатор работает все хуже. Но теперь я пользуюсь им часто, почти не скрываясь. Ребята надрались прилично. Я уверен, что они выпили ящика два спирта. Но с каждым днем, именно мне все хужее и хужее. Кажется, я слишком много думал на тему докторской диссертации, даже название еле вышло, «Реабилитационный период после синдрома тяжелой формы наркозависимости».

…В начале он прошел насквозь через троих санитаров, двоих мы откачали спиртом, третьего отправили в дурку. Не скрываясь, он вступает в контакт с людьми. Но даже парень, который приносил нам спиртное, не смог осознать, на что наткнулся. Пациент дал ему по фотографии. Мы очень жестко допрашивали его родителей и бывшую жену. Я был поражен до глубины души. Его действительно никто не помнил! Тогда я еще верил локатору. И если бы не девчонка из группы сенсов, мы вряд ли смогли бы так быстро взять правильное направление. Она видела его «симпатичную, нежно-оранжевую ауру» и похоже, втюрилась по уши. А он был неподвижен, как статуя, и глядел куда-то сквозь нее. Похоже, он просто ее гипнотизировал. Или сенсорно потрогал ее за одно место. Потому что остальных сенсов он схлопнул, удалил свидетелей. Грешным делом, я поверил сенсам. И перспектива встречи с Объектом меня напугала. Теперь, когда много наблюдений слились воедино, - да, я очень боюсь.

14 день. Дохлая кошка, разодранная кошка. Навернулась с высоты в три метра. Сломала лапу, разорвала себе брюхо и почему-то сдохла. Я знаю, так не бывает. Я чувствую, как я напуган. Четкие следы объекта проходят рядом с трупом в неизвестном направлении. Всем выдали шокеры, мне персонально ТТ. Мне приказано взять его мертвым. Как только будет визуальный контакт, немедленно огонь на поражение. Сфотографировать, закопать и уйти. После этого мы с группой переходим в свою ни для кого неподконтрольную лабораторию. Привилегий обещали выше крыши. В принципе, мне все равно, где работать. Мой бывший начальник много дурного сделал во времена Брежнева - но ведь иначе было нельзя. Он работал долгое время с самыми тяжелыми формами паранойи и шизофрении. А то, что меня пытался запугать, когда я получал это задание...

Наверное, по-другому не умеет. Привычка. Я не в обиде на него. И горжусь тем, что он, именно мою группу выбрал для выполнения такого деликатного задания. И все-таки, очень хотелось бы знать, что он такое наш пациент? От чего сорвало ему башню? Почему за ним отправили именно меня?

15 день. Еще один укол, и все. Завтра я начинаю новую жизнь. Теперь это дело принципа. На операционном столе, под которым я сижу, Порышкин охмуряет очередного мальчика. В моей голове проносятся слова. "Отсюда начинаю убивать". У меня словно второе дыхание открылось. Парень злой, как черт. Теперь понятно, зачем нужны были угрозы, которые я выслушал от «Папы». Он хотел меня разозлить. И правильно сделал. Злоба убивает страх. А страху-то я за эти дни натерпелся... Особенно во время поноса охватившего всех наших ребят и санитаров. Я быстро пришел к выводу, что наш объект - не человек или не совсем человек. Но я зол и иду вперед.

Его действительно нужно ликвидировать. Он совсем рядом и завтра получит
свое. Группа не успевает получить деньги, и тут же тратят их на допинг. Они там завязли в дерьме и блевотине по уши. И все же мне жаль. Он вооружен только своим воображением и больше ничем. А я не палач. Но амбиции профессионала, долг перед пациентом заставляет решать: или - или.

Мечтаю о дне, когда наука окончательно победит маразм. И наши старички будут полны жизни, и умирать станут втихаря, где-нибудь на северном полюсе. 
Как прекрасно то, что происходит сейчас со мной. Дилер оказался прав, эта «вертушка» круто прочищает мозги. 
Я прохожу через сложный и мучительный ритуал очищения плоти. Я становлюсь подобно Зевсу, сейчас еще немного и начну метать молнии!!! 
И сквозь сон слышу голос из прекрасного далека: «-А теперь, батенька, немедленно спать».

16 день. Он чудовище, сука, Он… он был в моем сне. Сказал, что я и группа только его иллюзия и доказал, то есть показал как один за другим ребята сначала с ужасными воплями протрезвели, а затем схлопывались как будто изнутри. Со мной он поступил совсем не хорошо, он достал из меня позвоночник и теперь я обречен … на… надеюсь он вернется и добьет меня.